— Тогда мне снова можно стать Сэмом? – спросил он.
— Нет. Дурацкое имя. А… в общем, хоть груздём называйся, мне плевать. Так чего тебе от меня надо на самом деле? – я вдруг поняла, что даже рада увидеть человека из реальной жизни. Хоть и не первой моей жизни, но из того места, где всё вокруг не пахнет вонючим мылом и надо придумывать, во что сходить в туалет.
— Я хочу тебе помочь. Одной, за пределами тётушкиной усадьбы тебе будет тяжело, Стеф… Стелла. Чёрт, мне тоже не нравится это твоё выдуманное имя. Я, наверное, понимаю теперь тебя. Есть что-то в этом, - он изъяснялся не как конюх. Может, конечно, в этом мире все конюхи такие внимательные к деталям и так хорошо могут складывать слова, но это вряд ли.
— И как ты собираешься это сделать? – просто выгнать его у меня вряд ли получится. Надо еще узнать, что он хочет за свою эту помощь.
— Побуду твоим «мужем». Так к тебе будет поменьше вопросов. Да и убираться надо из этого места: тут через неделю столько всего к тебе прицепится… - он осмотрел комнату с таким видом, словно не спал в конюшне. Это ещё раз подтвердило мои подозрения, что конюх-то наш не настоящий. Пока открываться в своих догадках я не спешила: пусть останется у меня в рукаве туз.
— И чем ты мне поможешь? На фабрику работать пойдёшь? – я хмыкнула, осмотрев его ещё раз.
— Нет, мы уедем через пару-тройку дней. Не знаю, сколько у тебя денег и откуда они, но у меня тоже есть небольшой запас. Надо кое-чего докупить, и поедем на окраину графства Коул. Я знаю хороший заброшенный дом. Там раньше была ферма. Это хорошее место. Я знал его хозяина. Даже если он нас там найдет, не поднимет шума. Он мне задолжал. Так что думаю, всё будет хорошо, - он расцепил руки, до этого сложенные на груди, осмотрелся и, не найдя еще одного стула, присел на краешек кровати.
— Ого! Значит, на окраину? На ферму? А зачем, если здесь тоже неплохо?
— Затем, что тётушка и твой несбывшийся жених начали поиски и стараются они от души. Первая за тебя переживает, а второй за твой капитал и имя. Но есть ещё один человек, которому важно найти тебя. И желательно неживой! – он таким тоном произнёс последнее слово, что у меня по спине поползли мурашки.
— Ты что? Кому я нужна?
— Ты, наверное, думаешь, что брату. Но у него ума не так много, как у отца его жены. Будучи замужем за господином с черепашьим лицом, ты вряд ли подарила бы миру наследника. А вот на воле от тебя можно ожидать всего, чего угодно. Кто знает, может, есть у тебя любовник, и ты убежала только затем, чтобы вернуться спустя несколько месяцев с огромным животом, а потом разродиться младенцем мужского пола?
— Слушай, Леонардо, а ты не много ли знаешь о моей семье? Теперь ответь ещё на один… последний вопрос: Тебе это зачем? Иначе… я сейчас закричу, и тот самый Марко вытащит тебя из дома за ноги, - я, конечно, бравировала, потому что Марко сам мог вылететь из окна с подачи Леонардо. И повторить это “конюх” мог раз пять, не запыхавшись.
— Мне тоже нужно на время пропасть из города. Вот мы и поможем друг другу. Я не очень умею готовить, а ты вот даже и пекла здесь что-то вчера… Значит, умеешь. У меня к тебе тоже очень много вопросов, но всё это потом. Согласна?
— На что? – уточнила я.
— Стать на время фермершей!
— Идёт. Но ты ко мне не подходишь ближе, чем на пару шагов! – твердо ответила я.
— Идёт, - он протянул руку, и я её пожала, отметив, что ладонь у него сухая и крепкая. Ненавижу мокрые ладони и собеседников, которых эти самые ладони выдают. Хотя… этот тоже не говорил всей правды. Но если он приехал не затем, чтобы забрать меня обратно, пусть будет ферма.
Вбежавшая в мою комнату Марти осеклась, увидев Леонарда, и улыбка слетела с её лица. Потом попятилась и заторопилась к двери.
— Марти, не торопись, - я остановила девчушку, поймав за руку, и улыбнулась. — Это мой муж. Его зовут Леонард. Сейчас я приготовлю обед, и мы все вместе перекусим, хорошо? Потом решим, чем заняться. Твой братик уже не спит?
— Нет, конечно! Мама утром нас покормила и велела не будить тебя. Но потом я услышала голоса, - Марти опустила глаза и снова совершила попытку побега.
— Ладно, беги к брату. Я позову вас, - отпустила девочку и глянула на своего «муженька». Странно было даже произносить это словосочетание. «Мой муж» звучало примерно, как для среднестатистического человека звучит: «Мой миллиард» или, допустим, «моя конюшня».
— Что? – не поняв моего взгляда, переспросил Леонард.
— Я буду называть тебя Лео, - ответила я и принялась искать расческу, купленную накануне на рынке.
— Как хочешь, Стефания. Я не могу называть тебя Стелла.
— Зови, как знаешь, но Стефанией не надо. Если кто-то спросит о живущих на ферме, то имя моё могут услышать не те люди, - спорить мне сегодня больше не хотелось.
Да и не была я против помощи Лео, если он и правда решил помочь. Нарваться на предателя здесь было проще, чем ступить в коровью лепёшку.