— А ты знаешь вообще их? Ты доверяешь им? – шёпотом перебил меня Лео.
— А тебя я знаю? Кроме того, что ты умеешь рисоваться перед леди в обличье конюха под чужим именем и пропадать?
— Прекрати. Там есть крыша и есть окна. А ещё там есть земля. Я купил кур, козу, чтобы было молоко.
— Что-то я не вижу здесь ни кур, ни козы! Только ты в своем новом шмотье! – буквы «ш» мне особенно хорошо давались: я шипела, как могла. До сих пор не понимая, откуда во мне столько ярости. Надо было радоваться, что дело движется вперёд. А вот нет!
— Всё это в другом месте. Туда мы доберемся пешком. Я могу пригнать сюда лошадь, но у нас не так много вещей. Да и не хотелось, чтобы все жители квартала видели нас уезжающими из города на телеге. Ты же, помнится, собралась прятаться? Или уже нет?
— Собралась. Прости, неделя была ужасной. И… эта Нора… она хорошая. Она мать и…
— Ты считаешь, что её опять побили? – перебил меня Лео, сказав именно то, о чем я думала.
— Да, только мне непонятно, за что и… какого вообще чёрта она позволяет себя бить? – я слишком громко постучала ложкой по краю сковороды, но громкий звук будто отрезвил меня.
— Это знает лишь она. Далеко, говоришь, она сейчас?
— Нет, не очень. Я завтра пойду к ней. Хочу принести еды. И поговорить.
— Я пойду с тобой…
— Хочешь полюбоваться на невесту? – хохотнув, спросила я.
— Да, пока она в синяках, чтобы потом не разочароваться, а наоборот.
— А ты за словом в карман не лезешь, конюх!
— А ты слишком умело жаришь мясо, леди Стефания, - имя моё он буквально прошептал. Видимо, заметил, что я, прежде чем погрузить нарезанные куски в сковороду, промыла их несколько раз от соли, а потом обсушила в полотенце.
— Идёт, отправимся вместе утром. Как только покормлю детей и снова их закрою в комнате, - я пыталась надавить на жалость, но местный народ не считал детей чем-то слабым и глупым. Слабыми и глупыми здесь положено было быть только леди.
Остаток дня мы перебирали вещи в мешках Лео. В них была ткань. Грубая, наверное, рассчитанная на постельное белье и полотенца. Но было два отреза, явно иного назначения. Мне показалось, что они вполне подойдут для платьев. Если он подумал обо мне, то это приятно.
Спать Лео улёгся на полу, кое-как сложив свои мешки и добавив тот, с которым пришёл в первый раз. Я поделилась покрывалом.
Засыпала я впервые за долгое время хоть с какими-то идеями и радостным ожиданием жизни на ферме. Коза и куры, лошадь и ткань на платье – вот список того, что, как оказалось, радует женщину куда больше украшений. Особенно если эта женщина попала в такой переплёт.
Нора выглядела не лучше, когда я пришла в дом лекарки рано второй раз. Лео остался с детьми и должен был до обеда занимать их чем-то. А самое главное – не уйти в туман, как в прошлый раз.
— Как мои дети? Они… комната же больше не оплачена, - только увидев меня, Нора села и принялась опускать ноги на пол. Лицо её почти не изменилось с момента, когда я увидела её такой в первый раз.
— Не вставай. Набирайся сил. Завтра я тебя отпущу домой, только вот… ходить долго ты вряд ли сможешь. Ушибы больно большие, глубокие, - заботливо остановила её хозяйка дома
— Мне уже лучше, - быстро перебила её Нора и села на своей лежанке.
Она была такой худой в этой тоненькой, почти просвечивающей рубашке на лямках, что я ойкнула.
— С детьми всё хорошо. Они с нами.
— С нами? – быстро уточнила Нора, и мне пришлось рассказать, что приехал мой муж.
От упоминания о том, что её дети сейчас с неким мужчиной она заволновалась ещё больше.
— Слушай, он хороший и добрый человек. И я сейчас пойду к ним. Завтра после обеда мы заедем за тобой, - я не стала говорить при хозяйке, что я планирую забрать их на некую ферму. Те, кто ищут, могут быстро сложить два и два. Эта цепочка моих посещений приведёт ко мне недоброжелателей ещё до того, как мы доберёмся до места.
— Хорошо, спасибо тебе, Стелла, я буду должна тебе всю свою жизнь, - хозяйка дома с трудом уложила больную обратно.
— Нора, расскажи мне правду, - я присела на край топчана и посмотрела на неё взглядом, не терпящим обмана. - Тебя побили? Кто побил? Ведь это не впервой?
— Что-о? Не-ет, Стелла, нет! Я и правда… попала под котёл, - принялась быстро-быстро щебетать Нора.
Я решила, что знаю, как вытянуть из неё правду, но не сейчас, не при свидетелях. Она всё мне расскажет. Потому что на кону не только её безопасность, но и моя. Я не дурочка таскать за собой магнит для неприятностей. Одну жизнь прожила: так что плавали, знаем!
О том, что планы меняются, и нас стало чуть ли не в три раза больше, Лео молчал. Он не винил меня в моей сердечности, не отговаривал. И самое важное, не винил в том, что я повесила «на хвост» три рта. Причём три рта, которые сами ничего руками сделать не могут.
Мне же эта компания давала некую безопасность. Не то чтобы я боялась Лео. Но быть с ним на заброшенной ферме один на один… не очень хотелось.