— Значит… мы тоже сейчас пойдём туда мыться. Вижу, никто пока сюда не торопится. Идём, возьмем простыни, чистую одежду и мыло. И все втроём накупаемся вдоволь, - предложила я.
Дети были в восторге от моего предложения. Особенно Марти, которая настаивала на своих камешках. Очень уж она хотела показать мне эту нехитрую игру.
Озеро нашлось в пяти минутах ходьбы от края леса. Тропинка была хорошо нахожена, и заблудиться тут, в трёх соснах, надо было постараться. Я набрала с собой всё необходимое, плюс хлеб и котелок, чтобы заварить чай прямо на берегу. Не хотелось возвращаться в четыре стены.
Я отмыла ребятишек, позволила им побарахтаться у берега и после этого взялась за себя и за стирку. Тут и правда всё было куда проще.
Намылила и залила кипятком из котелка детскую одежду в ведре. А пока бельё отмокало, отмылась до скрипа и взялась за глину.
Дети на берегу ели поджаренный на костре хлеб, запивали чаем с молоком. Луиса клонило в сон. Я посоветовала Марти его уложить и спеть песенку. На что она откликнулась с большой радостью.
Приказав девочке не отходить от брата ни на шаг, направилась в кусты у берега. Не хватало еще, чтобы мои процедуры увидели случайные зрители.
Сидя на берегу и сквозь ветки наблюдая за детьми, я ждала, когда глина на мне засохнет. Я нанесла её тонким, но плотным слоем везде, кроме ног и туловища. Запас был не резиновый, так что пришлось бережно пользоваться «препаратом».
Я отметила, что на чистую после мыла кожу она ложится куда лучше. И после того как смыла, увидела отличный результат: пятен не было, «загар» лёг просто идеально и оказался куда более ярким.
— Такое можно было получить только через три-четыре дня на море! – бубнила я себе под нос, рассматривая руки.
— На каком таком море? – голос за спиной заставил присесть, но ноги не удержались на глинистом вязком берегу, и я полетела обратно в воду. Чему была даже рада, потому что не успела еще одеться и стояла в кустах абсолютно голой.
— Ты? Ты настоящее чудовище, - я начала было орать, но потом вспомнила о детях. Пугать Марти мне не хотелось.
— Ну какое же я чудовище? Я не собирался тебя пугать. Я ждал вас на краю леса, но увидел, что сюда идут люди, и поторопился предупредить тебя. Что-то мне подсказывало, что моешься ты без одежды, - хмыкнул Лео. – Выбирайся. Поторопись, скоро здесь будет человек десять, не меньше. Я пойду к твоим детишкам, - он коронно хмыкнул, стараясь спрятать улыбку, отвернулся и потерялся в кустах.
— Всё равно чудовище! - не унималась я, хлопая руками по воде, но Лео уже не мог меня слышать.
Злилась я не на то, что он подсматривал. Велика беда – показать задницу конюху! Он раздражал меня своим поведением. Какого чёрта теряться на несколько дней? Такие персонажи в моей жизни были. Не в отношениях, конечно, а по работе и во время учёбы. Они всегда заканчивали плохо. Этот конюх, похоже, из той же когорты. А каким послушным и обязательным был у тётки в усадьбе! Оборотень!
Но вместе со злостью пришло некое успокоение. Если он не привёл моих врагов и действительно поможет мне, то вопросы, которые не давали спать несколько ночей, можно считать решёнными.
Я застала Лео с Марти, играющими в эти самые камешки. Луис спал, укутанный в покрывало, с коркой хлеба во рту. Марти с трудом сдерживалась, чтобы не закричать, когда побеждала. Я смотрела на Лео и не могла понять: что не так?
И только потом, уже налив остывающего чая, присев рядом со спящим малышом, заметила, что одежда на нем куда лучше той, в которой он ушел «по делам» несколько дней назад.
Мы с Марти расчесывали волосы, пока Лео тоже отлучился в кусты, где прежде купалась я. Толпа, пришедшая к озеру, почти не включала взрослых. У меня сердце замирало оттого, что девчушки лет тринадцати с малышами на руках очень уж доверялись удаче. Пока стирали вещи, дети двух-пяти лет барахтались у берега в густом, грязном, поднятом со дна иле. Потом выносили бельё в корзинах на берег, где оно под своим весом стекало. А закончив со стиркой, тащили намыленных орущих ребятишек подальше от мути, чтобы помыть.
В отличие от нас, эти только что вымытые грязные комочки моментально пачкались на берегу. Уходить и оставлять их здесь на волю Бога мне было страшно. Но вернувшийся Лео сам собрал все наши вещи и сунул их мне в руки. Аккуратно прихватил в одну руку спящего Луиса, а в другую ведро с чистым бельем.
— Да они же их тут утопят всех, - не торопилась я.
— До тебя как-то справлялись? И сейчас справятся, - ответил Лео и зашагал по тропинке.
Марти, до этого стесняющуюся, будто подменили: она бежала за Лео, пытаясь помочь с ведром, путаясь в покрывале, которое я запретила снимать с плеч, чтобы они не обгорели. Она и без того слишком долго пробыла на солнце.
— Ты такой сильный, Лео, что даже мама моя удивилась бы. А она знаешь, сколько камней перебирает за день? У неё руки такие сильные, что она нас двоих поднимает! – болтала девчушка, все сильнее подбираясь к Лео.