До вечера мы привели в божеский вид комнаты, где планировали жить, и даже отмыли окна. Не доставало штор, но, имея за окнами заросли, можно было не беспокоиться. Для моей кровати хватило шерсти, но под шерстяной матрас все же пришлось положить соломенный.
Для Лео на чердаке нашелся плотный, совершенно крепкий, но жесткий матрас. Он облазил весь чердак и спустился оттуда не только с ним, но и с набором масляных ламп. Оставалось раздобыть для них масла. Пока же нам приходилось пользоваться свечами. Благо здесь их было в достатке.
В доме было еще две комнаты, которые мы сначала хотели закрыть, но потом решили просто отложить уборку в них на завтра. Всё же нам жить в этом доме. И пусть тогда он выглядит опрятно полностью.
Наверное, раньше здесь жила большая семья. На это намекало всё. Расспросы Лео не дали результатов. Он только отмахнулся, сказав, что в доме жили рабочие семьи и, как правило, менялись через несколько сезонов.
Речушка оказалась неглубокой, но с хорошей заводью. Показалось, что сделана эта заводь была специально. Может, тут поили скот или использовали для полива в засушливое время. Мы с Норой обследовали берег и выбрали хорошее место для купания. Искупали детей, помылись сами и отправились готовить ужин.
Остатки колбасы, которую брали в дорогу, мы пожарили, залив тремя яйцами: столько пять куриц снесли сегодняшним утром. Добавили к ужину хлеб с сыром и горячий травяной отвар. Дети улеглись сами, вымотавшись за день. А мы трое дотемна сидели перед зажжённым очагом и обдумывали планы на следующий день.
Мне хотелось обследовать территорию вокруг дома. А Нора решила взять на себя оставшиеся комнаты. Я не противилась. Мне показалось, что состояние ее значительно улучшается. Хоть ходит она еще нескоро и заметно хромает, но чем больше двигается, тем больше улучшается ее состояние.
Лео сам приносил нам воду в ведрах, а потом прикатил откуда-то деревянную бочку, установил в кухне и наполнил водой из колодца. Стало намного удобнее: не приходилось просить его или шагать за каждым ведром самой.
Я смотрела на него теперь совсем другими глазами. Из красавчика, прохлаждающегося на участке моей тётушки, он превратился в хозяйственного ответственного мужчину.
Проснулась следующим утром я в полной тишине. Спала я здесь прекрасно. То ли свежий воздух, пахнущий спелыми травами и туманом, то ли много физического труда делали своё дело: я заснула, как только голова коснулась подушки. Благо, я успела купить её до отъезда.
Где-то вдалеке кричали петухи, но Лео был прав, соседи были не ближе пары километров. Я затопила очаг и, поставив чайник на огонь, еще раз осмотрела кухню. Здесь не было шкафчиков, и все привезенные запасы и посуда были на виду. На полках мы разместили крупы, а посуду развесили на стене, на крючки. Стол белел чистой, выскобленной добела столешницей. Деревянный пол я просто помыла, но обещала себе, что и до него доберусь, отчищу песком, как это делала Нора со столами.
Наши животные занимали всего одну конюшню, но и та была для них велика. Так что бродили они там, как полные хозяева. За конюшней я нашла еще одну, где хранился инструмент, который, я предположила, использовался для обработки земли. Осмотрев его, поняла, что желания стать земледельцем у меня нет: ни один нерв не дрогнул при виде лопат и тяпок.
Нужно было что-то еще. Необходимо было найти занятие, которое будет не только кормить, но и позволит жить безбедно. Здесь, на ферме, я хотела отдышаться, осмотреться, набраться жирка, а не батрачить от рассвета до заката.
Нашлась во втором сарае ещё пара точильных приспособлений, которыми чинили инструмент и упряжь. И какая-то штуковина с ножным приводом, колесами, на которые, вероятно, раньше надевались ремни. Я с интересом рассматривала этот допотопный станок, когда за спиной раздался голос Лео:
— Это для распила камней. Сейчас на фабриках используется другое. Видимо, хозяева раньше тоже пытались подзаработать на камнях. В те самые месяцы, когда земля отдыхает и ухаживать нужно только за скотом, наверное, мужчины пилили камни.
— Ого! И где они их брали? Я думала, камни есть только в определённых местах. Это же какие-то особые камни? – глянув на него, спросила я.
— Не уходи вот так, не предупредив. Я проснулся, а тебя нет, - вместо ответа Лео выразил неодобрение.
— И что? Мне теперь ходить в связке с тобой?
— Не в связке, но будь благоразумнее, пожалуйста. Мы ещё не знаем, шёл ли кто-то по нашим следам. Думаю, недели будет достаточно, чтобы понять это. Просто не уходи одна, - спокойно ответил Лео.
— Хорошо, идем пить чай. У нас осталось немного хлеба, - предложила я.
— Я съезжу до соседней фермы и привезу свежего хлеба и сыра. Возможно, получится раздобыть мяса, - мы вышли из сарая, и я увидела, что наша лошадка уже под седлом.
— У меня осталось немного монет, - сказала я, когда он уже запрыгнул на лошадь. Мне было неудобно, ведь всё это время тратил на наш переезд и покупку животных только он.