— А лошадь? – я посмотрела в сторону загона под навесом. Он, конечно, построен был из крепких бревен, но для парочки меховых визитёров он мог оказаться слишком простой упаковкой для подарка.
— Я услышу, а на ночь мы приготовим парочку факелов, которые разгорятся от одного движения пальцами, - Лео разъяснял мне эти мелочи, совсем не напрягаясь. Казалось даже, что ему нравится эта моя заинтересованность. Обычно ведь мужчины принимаются отправлять женщин туда, где им и следует быть – на кухню, а не задавать глупых вопросов. В отличие от Лео.
Мы купались по очереди в прохладном уже, пробирающем до мурашек озере. Потом ели жареную рыбу, греясь возле костра, пили чай. Молча я любовалась красотами этого места, не понимая, почему раньше никогда меня так сильно не тянуло на природу.
Были в юности походы, особенно в институте, когда изучали работу в полях. Но память подсовывала лишь неприятное времяпрепровождение в сырости: вечно сырые ноги, вонь от сохнущей, но никогда не просыхающей шерстяной одежды, неудобные спальники и холодные утренники в палатке.
Сейчас я наслаждалась природой, тишиной и возможностью молча наблюдать за окончанием лета, пить горячий отвар, подливаемый из огромного медного чайника моим спутником.
— Я, наверное, была бы не против жить здесь, - прошептала я, поражаясь своим словам.
— Нет, тебе наскучит это через неделю, - Лео искренне рассмеялся, и мне показалось, что он когда-то сам так думал, но со временем изменил своё мнение.
— Из-за медведей? Но если укрепить стойло, окно в доме…
— Весной и зимой сюда приезжают охотники. И лучше им не знать о нас, - только и ответил Лео, задумавшись о чём-то.
Темнело теперь быстрее, и солнце, садящееся за деревьями, ложилось на поляну рваными полосами. Несмотря на все невзгоды: на погоню за нами, на страх за свою судьбу, я понимала, что именно сейчас я живу. А тогда, в прошлой жизни, мне казалось верхом радости прийти после работы в свою чисто убранную квартиру, поужинать, усесться перед телевизором и слушать щебет Милы.
Утром Лео прошептал, что должен поехать к ферме, выяснить, как там дела, и попросил закрыться. Я так и сделала. И отправилась досыпать. За окном было еще темно, и, укутавшись в толстое шерстяное одеяло, я почувствовала себя ребенком, оставшимся на каникулах у бабушки в деревне – можно было валяться до обеда, слушая, как за окном начинается новый день.
Вернулся Лео поздно ночью. И принёс хорошие вести: незваных гостей на ферме не было, но возвращаться он пока не советовал.
— Тебе удалось поговорить с Норой? – с надеждой спросила я.
— Да, мне повезло встретить ее возле реки. Одну, без Марти. Она переживала за нас.
— Ты не сказал, где мы? – не особо веря в заботу Норы, спросила я.
— Нет. Но специально соврал, указав на другое место. Даже дорогу до него описал. Если туда кто-то явится, я смогу это понять. Так мы и проверим нашу Нору. Думаю, дело не в ней. Марти просто проболталась.
— Надеюсь, ты прав. Потому что отпускать ее пока я не хочу…
— Нору? – удивленно свёл брови Лео.
— Марти. Она знает о камешках. Пока мы держим в секрете этот материал, можем быть единственными на рынке. Но как только она проговорится, придётся придумывать что-то еще, - я тяжело вздохнула, представив, что лавки и магазины наводнили точно такие же серьги, какие делаю я.
Мы прожили в домике еще четыре дня. Лео каждый вечер уезжал куда-то, возвращался под утро. Проверял то самое место, о котором «проболтался» Норе.
— Думаю, мы можем возвращаться. Или она и правда ничего не рассказала о нашем нахождении, или они больше не приезжали на ферму, - сказал Лео, вернувшись в четвертую ночь. — Поедем в ночь. Будем на месте до рассвета или рано утром. Еще раз проверю ферму и, наверное, сможем уже жить как прежде.
В том самом месте, где я когда-то спрятала золотые, мы неожиданно встретил Нору. Она будто ждала нас здесь с самой ночи. Уже рассвело, и она клевала носом, сидя под деревом.
— Что стряслось? Где дети? – спешившись, Лео бросился к Норе.
— Я боялась, что вы вернётесь вчера. Они снова приехали. Но теперь спрятались так, что ты их и не заметишь. Их много, Лео, - затараторила наша подруга.
— А ты? Они же могли пойти следом! – я заозиралась по сторонам. Теперь мне казалось, что за каждым кустом прячется кто-то невидимый моему глазу.
— Я взяла корзину и пошла в лес. Сказала, что нужно собрать траву. Один сидит в доме, а еще пять спрятались в разных местах. Они какое-то время следили за мной, но потом я выложила дома траву и ушла снова. Они, наверное, поверили и больше за мной не пошли. Стэлла… Тебя и правда зовут Стэфания? Ты прячешься от своего брата, чтобы не выйти замуж? Я видела, что вы с Лео не муж и жена: поняла в первый же день. Но почему ты не хочешь жить в хорошем доме? – Нора искренне недоумевала, глядя на меня широко открытыми глазами.
— Об этом потом. Видимо, нам правда больше нельзя возвращаться на ферму. По крайней мере, до холодов, - Лео запустил пальцы в свою шевелюру и принялся бродить из стороны в сторону по небольшому пятачку – полянке среди леса.