— Да. Она знает, что я из этих краёв, – он помолчал, а потом добавил: - Знала, когда я был маленьким. Если она узнала меня сейчас, то, конечно же, свяжет воедино всю информацию. Но это вряд ли.
— То есть ты устроился на работу к человеку, который знал тебя в детстве? – в голове пронеслись все возможные варианты.
— Именно так. Но это сейчас нам ничем не поможет. Ты ведь не хочешь вернуться в дом тётки точно так же, как не хочешь вернуться в дом брата? – уточнил Лео.
— Именно так! – ответила я и прибавила шаг. Пока он не собирался поделиться со мной своими тайнами, и давить на него не было смысла.
Нас пустила на постой семья с огромным количеством детей. Оказалось, что спутник мой ошибся, и ночь застала нас возле совсем крохотной деревни.
— У нас только золотые монеты, Лео, - прошептала я, когда женщина в потёртом, но безупречно чистом переднике показала нам место для ночлега на конюшне и протянула завернутые в полотенце хлеб и овечий сыр.
— Мы хотим купить лошадь. Наша подвихнула ногу, и пришлось оставить телегу со всем скарбом в деревне по пути. Я дам золотой за вот эту молодую, - он указал на черную кобылу. Во лбу и на правом плече ее виднелись белые звездочки.
Я заметила, как глаза немолодого хозяина заблестели.
— Она стоит два золотых, как минимум!
— У нас только один, хозяин. Мы едем на свадьбу нашей сестры. И без лошади точно не успеем. Я могу поклясться, что верну её на обратном пути, – сложив в молитвенном жесте руки, попросил Лео.
Я поняла, что лошадь ему нужна, чтобы быстро добираться до фермы, когда нужно будет проверить, там ли еще наши сыщики.
— Нет, ты можешь не вернуть лошадь. Возьми вот этого. Он не молод, но верхом может нести двоих целый день! – старик указал на пегого жеребца. И Лео согласился. Я протянула золотой.
Когда, поев и напившись горячего чая, мы закутались в одеяла на свежем сене, я спросила Лео:
— Ты ведь знал, что ту кобылу тебе не продадут?
— Да, но старик уже услышал о золотом. Так он легче согласился потерять жеребца. Как светает, мы тронемся в охотничий домик. Будем там через несколько часов. А через пару дней я поеду к ферме и попробую разведать.
Я ещё раз уверилась в том, что хитрости этому парню не занимать. И порадовалась, что он на моей стороне.
Транспорт и правда не подвёл. Выехав до рассвета, через пару часов, по ощущению, мы оказались в чудесном месте. Небольшое озеро, скрытое в лесу. Домик с земляной, поросшей травой и небольшими деревцами крышей. Навес для лошадей и дровяник здесь же. Всё это было похоже на сказку.
В сердце словно развернулась гармошка. Так говорил мой дедушка, когда видел или слышал что-то приятное. И теперь я отчётливо понимала, что он имел в виду.
В какой-то мере я расслабилась ещё и оттого, что знала: заработать на жизнь я теперь смогу. Даже если мы не вернемся на ферму, можем поехать в город, затеряться там среди людей… Но камни… те самые камешки были именно в той реке.
Глину, наверное, можно было отыскать. Если не точно такую, то похожую. А вот камни… В этом я сомневалась. Река, наверное, тратила годы, а может и десятки лет на то, чтобы так идеально отшлифовать каждый.
— Идём, осмотримся, и я попробую поймать рыбу, - Лео помог мне сойти с лошади. Отвёл нашего нового члена семьи под навес, принёс ему воду и добавил в кормушку овса.
— А если хозяева сюда приедут? Это же охотничий домик? – на всякий случай спросила я.
— Приедут, но только через месяц, не раньше. Сейчас охотиться бесполезно. А вот рыбы в озере раньше было очень много, – он открыл засов, и из внутренностей дома пахнуло травами, старым деревом и дымком, будто от давно сгоревших дров.
Свет внутрь попадал из единственного небольшого оконца. Домик походил на предбанник. Даже запах напоминал больше именно баню, чем дом. Два широких настила, укрытых шкурами, аккуратно свернутые валиком одеяла на них. Стол, за котором можно усесться максимум вчетвером, и три табурета под ним. Возле окна ещё один стол с толстой плахой в роли столешницы. Судя по глубоким порезам на ней, здесь обрабатывали мясо: резали, рубили.
Очаг небольшой, но построен так, что занимает один из углов. Камень, из которого он выложен, красиво и как-то органично поднимается от пола до самого потолка. По обе стороны от очага развешаны пучки трав, небогатая, но полезная здесь утварь в виде пары толстенных сковород на крюках, половник и ножи. Небольшой топорик на полу у очага и горка уже заготовленных для растопки сухих дров.
Лео уверенно присел на пол и, засунув руку далеко под лежанку, вытянул мешок. В нем оказались сети. По этому жесту я поняла, что мой спутник слишком хорошо знает это место.
Пока я подметала в доме, ополаскивала в озере необходимую посуду, Лео уже чистил рыбу, разводил костер во дворе, чтобы не растапливать очаг.
— В доме будет очень жарко с затопленным очагом. Придётся открывать двери, чем мы привлечем к нам непрошенных гостей, - поняв мой вопросительный взгляд, сказал Лео.
— Гостей? Кто-то живет неподалёку? – я свела брови. Не хотелось видеть здесь кого-то.
— Да, медведи. Всегда жили.