— Я Эдвард. Лео — мой брат. Откуда вы его знаете? – дождавшись, когда я выпила воду и отдышалась, спросил мужчина.
— О! Это очень долгая история. Вы можете поговорить со мной? Мне кажется, он попал в беду! – ответила я, переживая, что поняв, кто стал причиной этой беды, он просто отвернётся от меня.
— Рассказывайте. Я очень давно не видел своего брата. Через пару недель закончится сезон в порту, и я собирался вернуться в Берлистон. Он работал в доме одной леди…
— Да, в доме моей тёти, - перебила я Эдварда, и он свёл брови. Потом встал и пристально осмотрел меня. — Да, я леди. И я в бегах, Эдвард. Вы можете считать, что Лео в беде «благодаря» мне, но ему помочь сейчас просто необходимо.
— Рассказывайте, леди…
— Стэфания. Но здесь все знают меня как Стэллу, - представилась я.
— Хорошо… только…
— У меня есть монеты. Вы можете оставить работу. Я заплачу за всё, что нужно, Эдвард…
— У меня тоже есть запас денег. Мы с Лео хотели заработать, чтобы помочь нашей матери. Но сейчас она как минимум в безопасности. В отличие от моего брата. Вы не голодны? Здесь есть таверна…
— Я не могу уходить далеко от рынка. Там меня ждут люди, у которых я сейчас живу. Это на окраине города, в дальней его части от порта, - объяснила я.
— Тогда рассказывайте, леди, - он сел обратно рядом и, заметив, как я тру ладони, взял их в свои. Я подышала, настраивая дыхание, и принялась рассказывать Эдварду свою историю, начиная с момента, когда познакомилась с Лео.
Он слушал молча. Весь час, пока я детально рассказывала о самом побеге, о том, как Лео нагнал меня, о том, что пришлось взять с собой Нору с детьми, о ферме, об охотничьем домике и о том, что мой спутник просто исчез.
— Значит, вы считаете, ваша тётка ищет вас? Или это ваш жених?
— Думаю, это мой брат. Он очень боится, что я…
— Что вы выйдете замуж и родите сына раньше, чем он? – озвучил Эдвард.
— Д-да, но… как вы это поняли?
— О! Леди Стэфа…
— Стэлла. Называйте меня Стэллой, чтобы не проговориться.
— Стэлла, это общепринятое правило, которого придерживаются лорды. Даже если внук не будет носить фамилию деда… старший внук всегда получает всё!
— Вы много знаете о…
— Да, слышал много историй о таких семьях.
— Вы поможете мне? Я не могу раскрываться. Боюсь, что если Лео поймали не по дороге в Керинстон, а уже здесь, в городе, то люди моего брата уже ищут меня поблизости.
— Да, я помогу. Мне нужно знать, где вы живете.
— А мне знать, где живете вы, - ответила я.
— Мы зайдем в таверну. Она не очень далеко. Хозяин мой хороший друг, и мы можем поддерживать связь через него. Живу я в порту, ночую на судах или… Ну, это не важно. Где-то раз в три дня остаюсь в этой таверне. Там есть гостиница, чтобы помыться, привести себя в порядок…
— Хорошо, идёмте, - я встала, показывая, что готова идти за ним.
Через каких-то десять минут мы уже сидели в таверне за столом, накрытым дымящимся рагу, теплым хлебом и сыром. Я отщипывала хлеб и ела только затем, чтобы мужчине передо мной не было неудобно: он ел жадно, торопливо, будто за последние пару дней это был его первый приём пищи.
И тут я поняла, чем он так отличается от Лео. Худобой. Скулы выделялись сильнее, четче, острее. Глаза чуть глубже. Он копил деньги, отказывая себе в каких-то основных, необходимых человеку условиях. Сон и еда! Общая цель нас сблизила, и как-то незаметно мы перешли на “ты”.
— Хозяина, - он указал на крупного улыбчивого мужчину за стойкой, - зовут Михель! Ты можешь оставить ему для меня какие-то известия или передать записку. Я же сейчас последую за тобой…
— Но как? Мы поедем на лошади. Филипп гонит её довольно быстро…
— Я возьму лошадь у Михеля. Узнаю, где ты живешь, и если что-то срочно понадобится или что-то узнаю, обязательно приеду сам или отправлю кого-то, чтобы сообщить, - он наконец, доел и даже как-то осоловел.
— Хорошо, - я не стала спорить. — Может быть, понадобится моя помощь? – предположила я, .прикидывая, какую причину назвать Анне, если придётся неожиданно уехать.
— Нет, - он быстро прервал мои размышления в этом направлении и махнул рукой мальчишке, разносившему еду.
Пришлось подождать ещё пару минут, пока мальчик завернул несъеденные хлеб и сыр. А потом, пока Эдвард говорил с хозяином таверны.
К рынку мы шли вместе. Он вел под уздцы лошадь. Я должна была подойти на рынке к Анне, а он проследить за мной, чтобы, когда мы тронемся, ехать за нами.
Домой мы ехали под болтовню хозяйки дома. Она нахваливала мои украшения, которые, несмотря на отсутствие в них дорогих камней, быстро распродались. Анна протянула мне несколько кругляшей.
— Анна, я возьму половину, потому что продавала ты. Да и за дом…
— За дом ты уже оплатила, дорогая, поэтому… не нужно половину. Возьми все. Свою часть я уже оставила, - она похлопала себя по карману, где звякнули монеты.
Я старалась не оборачиваться, когда слышала позади приближающиеся телеги или всадников: не хотела дать понять своим попутчикам, что кого-то из проезжающих знаю.