Он поворачивается ко мне и улыбается, приподнимая пальцем мой подбородок. Я вглядываюсь в его лицо, ища какой-нибудь признак недомолвки или скрытого беспокойства. Но ничего не нахожу. Его голубые глаза мягки, улыбка теплая, и челюсть не сжата от напряжения.
Мои плечи облегченно расслабляются, и я издаю тихий смешок.
– Конечно, мне следовало догадаться, – говорю я.
– Боюсь, твоя бедная сестра не на шутку расстроилась. Возможно, мне следует признаться ей в своем ремесле, прежде чем мы уйдем спать? Чтобы облегчить ее беспокойство, – предлагает он с ухмылкой, поворачиваясь к раковине и вытирая последний предмет.
Я качаю головой.
– Просто чудо, что она сразу не раскусила тебя и не выдала Миранде. Нет, мне нужно сперва подготовиться, прежде чем мы что-нибудь скажем о тебе.
– А ты решила, что расскажешь им о прочем? – спрашивает он.
– О Короле, Что Внизу? Не знаю. – Я качаю головой. – В глубине души мне хочется уберечь их от этого.
– Тогда отложим решение на завтра, – предлагает Мэтью, перекидывая тряпку для мытья посуды через край раковины и открывая сливное отверстие. – А теперь давай посмотрим, что я могу с этим сделать. – Он хватает поднос с разбитым хрустальным бокалом. – Я бы предпочел поработать над ним у тебя. Идем?
Вместе мы выходим из кухни и минуем столовую, где все еще лежат несколько тарелок и горсть морского стекла, которое Миранда использует для гадания. Мы направляемся в гостиную и выходим через дверь на лужайку за домом.
Ночь безлунная, но первый отрезок нашего пути освещен мягким светом тыквенных фонарей, которые Мэтью закончил устанавливать, пока я готовила ужин. Тридцать одно вырезанное лицо улыбается и косится на нас, отбрасывая длинные тени в своем полуночном сиянии.
– Нам нужно все это задуть, – говорю я. – Иначе они не продержатся до Самайна.
Мэтью останавливается и смотрит на тыквы. Тихая ночь наполняется мягким, но свежим бризом. Похожая на туман тень движется по лужайке, и огни фонарей гаснут один за другим, когда она проходит над ними.
Мэтью поворачивается ко мне, подмигивает и протягивает свободную руку. Я качаю головой и улыбаюсь, беру его под локоть, ожидая, что он поведет меня обратно вниз по холму. Но Мэтью этого не делает, просто стоит там, в темноте, уставившись на меня, а дым от свечек поднимается над нами в ночное небо.
– Что? – спрашиваю я.
– Ты прекрасно выглядишь при свете звезд, – просто говорит он низким и спокойным голосом.
– Спасибо, – шепчу я, радуясь, что нет луны, которая могла бы выдать внезапно заливший мою шею румянец.
Он ведет меня вниз по склону холма, к лесу и моему коттеджу. Земля под нами полузамерзшая. Мэтью в его строгом черном костюме и я, задрапированная в это струящееся кружевное платье, – вместе мы выглядим как пара призраков. Очертания моего коттеджа на опушке леса становятся четче по мере приближения. Контуры деревьев неестественно раскачиваются, их верхние ветви изгибаются внутрь, словно указывая на что-то, скрытое глубоко в лесу.
Беспокойство, которое я так усердно пыталась подавить, с тех пор как мы покинули Салемскую библиотеку, впивается в меня с новой силой.
Когда мы входим в коттедж, Мэтью ставит поднос на ближайшую поверхность. Я больше не могу держать язык за зубами.
– А как насчет карты Башня? – спрашиваю я шепотом. – Она тоже преследует тебя?
Сначала он не отвечает, водя рукой по осколкам хрустального бокала.
– Нет, – признается Мэтью. – Этого я ожидал меньше.
Мой желудок скручивает, хотя я и не удивлена.
– Ты думаешь, это было предупреждение? О Короле, Что Внизу?
Мой голос дрожит. Мэтью молча изучает меня. Мы оба знаем ответ, но он натягивает на лицо веселую улыбку.
– Возможно, это больше связано с тем фактом, что я тихоокеанский колдун, живущий среди ведьм Атлантического ключа. Полагаю, нам не стоит удивляться, что мое ближайшее будущее выглядит немного мрачным, – смеется он.
– Черт возьми, Мэтью. Отнесись к этому серьезно! – кричу я, раздраженная его попыткой перевести все в шутку. – От этой карты никогда не бывает ничего хорошего. И Селеста не лжет…
Мэтью нависает надо мной, прежде чем я успеваю договорить. Он нежно берет мои руки в свои и смотрит на меня сверху вниз с самодовольной, но в то же время слегка восхищенной улыбкой.
– Геката Гудвин, ты
– Да, – признаю я, пытаясь не обращать внимания на румянец, вновь приливающий к груди и шее, как от смущения, так и от непосредственной близости Мэтью. – Если подождешь минуту, я гляну свои травяные сборы. У меня есть несколько мешочков для борьбы с колдовством, они могли бы обеспечить определенную защиту…
Он снова прерывает меня, обхватив мое лицо обеими руками.
– Это не твоя работа – защищать меня, – говорит Мэтью тихим шепотом, когда его пальцы мягко касаются моей кожи.
Мгновение мы пристально смотрим друг на друга.
