Кстати ее автором и был Петр Александрович, что позволило ему в условиях постоянного недоедания быть сытым и лоснящимся от жира. Конечно же Верхние завели свою хиленькую оранжерею, но она пока работала только на создание запаса посевного материала. Да и то в большинстве своем это были декоративные растения. Был и свой скотный двор где старались разводить и не сожрать раньше времени декоративных собачек и кошечек. Тех домашних питомцев, которых Верхние взяли в путешествие к новому дому. Но все это были капли в море. Главным же постулатом продовольственной программы стало определение Нижних, как не людей, как животных. Пусть разумных, но все таки животных. Только животные могли так поступить с Верхними, а если у кого и возникали сомнения по этому поводу, то они сразу улетучивались при появлении запаха свежеприготовленного мяса.
После этого Верхние расчистили несколько проходов вниз и вооружившись арсеналом огнестрельного оружия, который естественно был расположен на верхних палубах отправились на охоту. С тех пор у Верхних каждый мужчина должен ходить на охоту, конечно если он не старейшина и добывать мясо. Конечно же Нижние не стали сидеть и смотреть, как их отстреливают и превращают в стейки.
Они смогли создать простые но эффективные средства защиты от копья до не сложных образцов огнестрельного оружия. И поставки дичи сократились, Нижние стали убивать Верхних охотников. Правда они не поедали тела павших от чего Верхние еще больше утвердились в мыслях о том, что Нижние животные и логика им чужда. Рано или поздно они бы перестреляли Верхних охотников, ведь защищаться удобней чем нападать на вооруженного зверя на его территории, но и тут изворотливость Верхних взяла верх. Старейшины смогли создать переносные активаторы взрывателей. Они были громоздкими и имели небольшой радиус действия, но это устройство переломило ход борьбы Верхних с животными Нижними.
Теперь охотники планомерно зачищали коридоры нижних палуб и собирали теплые туши Нижних с разорванными сердцами. Но совсем проблему голода это не решило. Верхние не могли взять и истребить все стадо Нижних. Это было бы полной катастрофой. Конечно были сторонники идеи о том, что в трюме есть фермы и оранжереи, возможно есть еще запасы в кладовых, но все это было когда Нижние еще не стали животными. И логично было полагать, что сейчас все эти блага потеряны или в крайне запущённом состоянии. Поэтому Верхним приходилось держать себя в черном теле и тщательно следить за сохранением популяции Нижних.
Среди Верхних были введены карточки на мясо и Еве, так как она не охотник и не старейшина полагались лишь кости и обрезки. Для того, чтобы нормально питаться Ева стала торговать телом. Она была красивой девушкой и свои молодые годы провела в сытости. Иногда питаясь лучше чем совет старейшин. Но шли годы, появились дети. Конечно на них тоже давали карточки, дети ценились у Верхних, так как все помнили куда и зачем летит «Ковчег». Но этого не хватало, а после двух родов клиенты ушли к более молодым конкуренткам. И тогда в ее жизни появился Петр Александрович. Он был без ума от нее, а ее мутило от одного его вида, но она всегда помнила о своих детях. Ночами она плакала от отвращения к жирному старику с дурным дыханием, а после ругая себя за глупость благодарила бога за такого кормильца для ее детей.
Конечно она понимала, что такое счастье не бывает долгим. Петр Александрович в любой момент может увлечься более молодой голодной женщиной или не дай бог умереть от ожирения. И с первого дня она стала ласкового уговаривать его взять ее на работу в разделочный цех. Он старался отговориться, но когда женщина страстно добивается своего устоять не сможет ни один мужчина. Конечно, он много раз откладывал это назначение, он боялся что его обвинят в продвижении любовницы. Но все старейшины пристраивали своих родственников и любовниц в места потеплей и он сдался.
И вот теперь Ева сидела на стуле в клеенчатом фартуке на голое тело в своей разделочной, в свой первый рабочий день. Воспоминания о истории «Ковчега» успокоили ее нервы и теперь она с тягучим словно мед спокойствием вспоминала алгоритм разделки туши. Она еще ни разу этого не делала, но была уверенна в своих силах. Петр Александрович долго гонял ее по теории мясницкого дела и часто водя по ее мягкой коже толстым пальцем рисовал схему отделения мясных кусков от туши. Обязательно больно тыкая грязным ногтем в те места, которые полагались ему так сказать вне конкурса.
Дверь распахнулась так резко и с таким рвущим слух скрипом, что Ева громко взвизгнула и подскочила. В разделочную вошел охотник. Это был высокий грязный худощавый мужчина средних лет. Он втащил в комнату небольшую тушку и увидев сексуальный наряд Евы расплылся в похабной улыбке. Немного постояв он смачно сплюнув на пол и вышел. Дверь еще раз мерзко скрипнув оставила Еву с ее новой работой наедине.
