Саммаэль полностью

И — на таком расстоянии я уже не промахнусь! — одним коротким движением бросил себя прямо в камеру гауптвахты.

Темно. Впрочем, мне темнота не помеха.

Да, вот она, она здесь! Она даже скрыла ауру, — рефлекторно, от ужаса, вряд ли её специально чему-то учили, — практически спряталась, скрыла себя; её даже бы не заметил любой вошедший сюда человек… первые две секунды.

Ну я-то, по-моему, не совсем уже человек…

И — да, она молода. Она очень молода! Это ж практически ведь девчонка! Сколько ей лет — двенадцать, тринадцать? Неважно. Главное то, что она — однозначно — жива! Не наблюдаю видимых повреждений! И — да, от неё точно такое же чувство, точно такие же ощущения, как от того горного озерца! Пятьсот километров к югу, там, в горах, за стеной серебряного тумана!

И волосы у неё тоже, вроде… серебряные. Точнее, пепельно-русые.

А больше ничего и не было видно. Потому что — спинкою в угол, коленки к груди, голову обхватила руками; вероятно, ещё в самом начале, когда ударили только первые залпы, а потом в камере вдруг погас свет…

И жгучее такое желание: вытащить отсюда эту девчонку! Пусть хоть так же сидит, прижав коленки к груди — но под сосной на Териоки! Или на диване в кают-компании!

Только б не здесь!

Потому что — сколько людей сегодня здесь уже умерло?! И сколько ещё умрёт?!

Так что, милая девочка, — говорил про себя Саммаэль, медленно разворачиваясь к двери. — Вот тебе и черта. Черта между добром и злом. Здесь магия, здесь скорострельные пушки, кассетный кумулятивный боеприпас… здесь много чего летает. Так что, если есть какие-нибудь сомнения, — лучше тебе действительно спрятать голову. И закрыть глаза[99]…

…Потому что незачем тебе это видеть!

Саммаэль их хорошо сейчас чувствовал, этих… двоих. Они — часовые — были там, за стеной гауптвахты; и они знали свой приказ — «пост не покидать». Они не покинули; оставались стоять, когда застрекотали зенитки, когда ударили по корветам кумулятивные, — даже когда Александер доконал дежурный корвет, и гауптвахту подбросило эхом далёкого ядерного взрыва! И сейчас они — так же — стояли за дверью спиной к стене, с ясным приказом «никого не впускать и не выпускать»… кроме командующего эскадроном.

И — даже в замедленном времени! — мелкой дрожью противно зудело от включённых реакторов.

Это зудение мы сейчас и прекратим.

Удар — «лезвием» — по петлям двери, и вдогонку ещё один — «плитой» — сверху вниз, сминая дверь о противоположную стену в тугой стальной ком. От той, противоположной стены, на обратном ходе энергии, — влево, «забросом» за стену, часовому снизу и вверх, прямо под шейный шарнир. Возврат, энергию на себя. В коридор мне придётся всё-таки выйти; и — правому часовому — «лезвием» — чуть ниже грудной пластины…

Только «лезвие» не смогло пробить керметовую броню. «Лезвие» её попросту смяло. Перерубив содержимое «скорлупы» пополам.

И — в коридор. И — к стеночке, к стеночке, потому как то ли закончилось действие «эликсира», то ли я просто сегодня переработал, — но в глазах почему-то темно, и ножки почему-то не держат…

Надеюсь, больше здесь никого нет?!

Потому что замедление времени мне не удержать!

Ох, ё! — колдун чуть было не свалился на землю. И — навалилось сразу же, оглушило, почти сбило с ног на пол, — треск пламени, пронзительный свист фенестронов[100], короткая злая очередь скорострельной пушки. И редкие хлопки?… либо стандартного армейского карабина, либо не очень стандартного охотничьего ружья…

Хлоп. Хлоп.

— Мэллони! — Саммаэль наконец справился с ларингофоном. — Мэллони, ответь! Мэллони, ответь Саммаэлю!

Хлоп. Хлоп-хлоп-хлоп.

Хлоп.

И глухой удар оземь, почти рядом, там, у лестницы в конце коридора.

— Колдун, всё чисто! — в наушники ворвался хриплый голос механика. — Последнего снял! Можешь входить!

— Мэллони, я уже в туннеле!

— Как «в туннеле»?

— Мэллони, я уже там! Занять оборону у входа в туннель!

— Понял… есть! Выполняю!

— Вессон, — Саммаэль продолжал опрос. — Ответь…

— Обстановка нормальная, повреждений не получил, контролирую территорию базы!

— Мэллони наблюдаешь?

— Наблюдаю, так точно, Грэг занял позицию у ворот склада!

— Прикрывай. И готовься эвакуировать нас прямо оттуда!

— Есть…

— Александер?

— На месте, повреждений не получил, противника не наблюдаю…

— Высота пять тысяч, обзор пространства! — перебил его Саммаэль. И, не дожидаясь ответа, зачастил в ларингофон: — Милена, ответь! Милена, ответь Саммаэлю! Милена…

Пронзительный скрежет, визг раздираемого кермета, за спиной, в конце коридора. Глухой металлический удар, от которого вздрогнуло под ногами. И — легкие торопливые шаги.

— Милена, что…

— Рацию проебала!

— А одежда?!

— Осколками посекло!

— А сама?! — закричал Саммаэль.

— Я в порядке, — демонесса замахала рукой. Потом остановилась взглядом на колдуне…

— Почисти одежду, — произнесла с окаменевшим лицом.

«Ндааа», думал колдун, поглядев, что выбило из маскировочного плаща «воздушное» заклинание. «Литра четыре на плащ собрал! Воздух — дело хорошее… но надо б предусмотреть защиту от брызг …»

Потом — встрепенулся, торопливо спросил: