Выставив перед собой нож, Линда вошла в спальню. И наткнулась на взгляд Леонса де Карвиля. Пустой, как, впрочем, и комната. Никого! У Линды вырвался нервный смешок. Нет, этот дом точно сведет ее с ума! Она уже докатилась до того, что из-за скрипнувшего паркета разгуливает по коридору с ножом в руке! Надо срочно подыскивать себе другую работу. Слава богу, богатых семей на берегу Марны хватает. Жалко, конечно, старичка Карвиля. Она всегда относилась к нему с нежностью… Но ничего, у нее теперь есть Гуго.
Она бессильно опустила руку с ножом. Соберись, приказала себе Линда. Ступай и довари суп для старика и своего ребенка. А потом беги отсюда. И она решительно направилась в кухню.
Тень с облегчением услышала, как на кухне зашумел блендер. Она допустила неосторожность. Это все из-за нетерпения. Ладно, теперь сиделка ничего не услышит. Тень тихонько открыла дверь гостиной, за которой успела спрятаться. Вошла в спальню. Схватила со стула подушку. Еще два шага. Масса пуха в шелковой наволочке опустилась на лицо Леонса де Карвиля. Он не дернулся. Вообще никак не реагировал. Надо же, до чего легко. Даже слишком легко. А как долго надо держать подушку, чтобы он перестал дышать? Не будь он парализован, начал бы сопротивляться, извиваться, и, когда затих бы, ей бы стало ясно, что дело сделано. А так? Сколько ждать? Минуту? Две? Три? Время остановилось.
Тень не отсчитывала секунды. Она просто ждала. Долго.
И тут вдруг произошло невероятное. Любой врач сказал бы, что такое невозможно. Рука Леонса де Карвиля внезапно напряглась. Что это было — непроизвольное движение умирающего? Отчаянная попытка защититься? Тень не ослабила напора. Левая рука Леонса судорожно выгнулась и задела тумбочку. В следующую секунду раздался грохот — с тумбочки упали стакан и графин с водой, стоявшие на вышитой салфетке.
Линда вскрикнула.
На этот раз у нее не возникло никаких сомнений. Она точно слышала звон разбитого стекла. Да что же это такое, с ума она сходит, что ли? Линда снова вооружилась кухонным ножом и не раздумывая бросилась в спальню старика, влетев туда как молния.
Пол был усеян осколками.
Вокруг растекалась лужица воды.
В комнате никого не было.
Никого, кроме Леонса де Карвиля, все так же лежавшего с открытыми глазами, в которых теперь застыл ужас. Рот перекосился. Лицо светилось восковой белизной. Не лицо, а маска из фильма «Крик».
Он не дышал. Он был мертв.
Линда умела отличить живое от мертвого. Недаром она почти десять лет работала сиделкой у стариков.
Он не просто умер.
Его убили. Задушили.
Подушка валялась на кровати, в ногах Леонса.
В первую минуту Линда не испытала никакой жалости к тому, кто еще недавно был ее подопечным, и никакой печали. Единственным ее чувством, заглушившим все остальные, был страх.
Всепоглощающий страх, от которого стало холодно затылку. Бежать! Бежать отсюда со всех ног!
Немедленно покинуть этот ужасный дом!
Мальвина, устроившая скандал в очереди перед кассой, успокоилась так же быстро, как завелась. Отходя от выстроившихся цепочкой пассажиров, она только тихо ругалась сквозь зубы. Высоченный мужчина, с которым она повздорила, недоуменно пожал плечами и отвернулся. Все тут же забыли про истеричную девицу-недомерка.
Все, кроме Марка.
Итак, Мальвина де Карвиль выследила его. Марк чувствовал, как в нем вскипает гнев. Значит, эта пигалица решила помешать ему сесть на поезд до Дьеппа. Впрочем, пока преимущество на его стороне. На вокзале полным-полно народу. Мальвина не рискнет напасть на него в толпе. Этим обстоятельством надо воспользоваться…
Марк резво вскочил. Убрал в рюкзак тетрадь Кредюля Гран-Дюка. Не слушая возражений, сунул рюкзак официанту:
— Подержите его у себя несколько минут. Я сейчас. Только поаккуратнее с ним, у меня там ценные вещи. В смысле, э-э… конспекты лекций за целый год.
Озадаченный официант взял рюкзак. Марк уже быстрыми шагами удалялся от бара. От Мальвины его отделяло метров двадцать-тридцать. Она остановилась в задумчивости, явно во власти сомнений: то ли встать в очередь к одному из окошек, то ли вернуться к автоматическим кассам, то ли вообще ехать без билета. Сейчас она стояла спиной к нему. Грех упустить такую возможность.
Марк пробрался сквозь толпу пассажиров с чемоданами в руках и налетел на Мальвину. Схватив ее за плечо, развернул коротышку к себе, чуть не оторвав от пола. Ростом Марк был сантиметров на тридцать выше Мальвины и весил как минимум вдвое больше. Он бесцеремонно протащил ее за собой, к автомату с напитками и сэндвичами, где было не так много народу.
Мальвина одарила его почти не удивленной улыбкой.
— Что, Витраль, жить без меня не можешь?
Марк плотнее зажал в кулаке ткань ее свитера.
— Что ты тут вынюхиваешь?
— Угадай с трех раз.
Рука Марка приблизилась к худенькой шее Мальвины. Наверное, он легко смог бы обхватить ее пальцами. Марк придвинулся к Мальвине вплотную. На них никто не обращал внимания. Наверное, пассажиры принимали их за обычную парочку, устроившую ссору накануне расставания.
