Кобра удивился приказному тону юнца, но покорно опустил ствол. «Хочешь командовать? – подумал техник. – Хорошо, значит, старшой не ошибся. Не подведи его».
Команда редела на глазах. Сначала Сокол и лейтенант, теперь старшина и Юра. Патронов оставалось на самом донце, а моральный дух отряда пробил очередное дно. Бард потер руками испачканное лицо и сделал глубокий вдох.
– Отделение, смирно! – твердо отрезал он.
Беркут посмотрел на Кобру тупым вопросительным взглядом, на что техник незаметно кивнул, и огнеметчик нехотя вытянулся по струнке. Стараясь не выделяться из коллектива, Вадим последовал примеру компаньона.
– Нам осталось пройти еще две секции, – говорил Бард. – Я хочу, чтобы все действовали максимально осторожно и слаженно. В случае столкновения с противником вести только одиночный огонь, экономьте боеприпасы. Идем тихо, по возможности в бой не вступать. Мессер, – обратился он к коммунальщику, – идешь за мной. Кобра и Берку, замыкают колонну. Вопросы?
– Есть один, – поднял руку Беркут. – Когда тебя назначили главным?
Бард нахмурился и тяжело выдохнул.
– Хочешь на мое место? – сказал он.
Беркут уже приоткрыл рот, чтобы напомнить о порядке штатно-должностного расписания, но впал в глубокий ступор. Согласно ШДК, в случае если все бойцы находятся в одном звании и произошла гибель командного состава, контроль над отделением берет огнеметчик, а вот после него уже стрелок. Но сам Беркут все же не горел желанием нести ответственность за чужие жизни. Он молча опустил руку и принял задумчивый вид.
– Вот и не гунди, – подытожил Бард, щелкнув пальцами по ствольной коробке.
На мгновение вдалеке коридора что-то блеснуло, и затхлый сырой воздух наполнило приятное благоухание неизвестной природы, а громкий металлический скрип пролетел промеж заплесневелых стен. Отделение построилось оборонительным порядком и пристально вглядывалось в пустоту неизвестности. Вскоре из темноты показалась человеческая фигура. Это был мужчина неопределенного возраста, одетый только в узкие клетчатые брюки, видавшие лучшие времена. На волосатой груди виднелись беспорядочные узоры тату, состоящие из неправильных геометрических фигур и странных фраз, изобилующих орфографическими ошибками, вроде: «Смырть глародранцим», «Дуеш пурядок!» и «Убъю мясе». Глаза парня скрывали сварочные очки, а сам он шел к отряду, весь растекшийся в дурацкой улыбке. «Это что еще за чучело вылезло?» – подумал Беркут, разглядывая незнакомца. Полностью выйдя на освещенный участок, мужчина снял резиновую варежку и приветственно помахала группе.
– Вы давидники или иоскины? – спросил он.
Бойцы мельком кинули ожидающий взгляд на нового командира.
– А в чем разница? – вылез Вадим, за что Кобра незаметно пнул его в подошву.
Незнакомец задрал голову в задумчивой позе и с гордостью заявил.
– Давидники ломают гаралгорды, а иоскины стригут пурцы, – после ответа парень замешкался, видя непонимание собеседников. – Вы не стрижете пурцы? – удивился он.
– Причесываем, – строго сказал Бард. – Марш в свою ячейку!
– То же мне, стиляга, – ухмыльнулся Беркут. – Шуруй отсюда.
Раскрыв рот, парень пересчитал свои пальцы, запустил руку под пояс и начал упорно шуршать штаниной. После чего вытащил на свет латунный свисток, демонстративно повертел в руках и дунул в него что есть мочи. Свист был на редкость тихим, можно сказать, что его вообще не было. Однако парень выказал явное удовлетворение результатом и убежал прочь, сверкая босыми пятками.
– Любопытно, – сказал Вадим. – Не этаж, а целый паноптикум дефективных. Таких в институты надо сдавать, для опытов. У них постоянная нехватка биоматериалов, а тут целый зоопарк.
– Зоочто? – поинтересовался Беркут.
– Неважно, – ответил Вадим, потирая потный лоб.
– Ладно, пошли, – сказал Бард. – В конце должен быть переход на подстанцию.
Пройдя темный коридор, команда встала у Т-образного перекрестка, которого, как им казалось, там не должно было быть. Бард хотел было взглянуть на карту, но вспомнил, что командирский планшет ушел вместе с Тайфуном навсегда. Стараясь не подавать растерянного вида, он внимательно осмотрел пересечение путей. У правого поворота ему на глаза попались вдавленные отметины, похожие на гигантские следы. «Видимо, это та огромная тварь, – заключил он. – Можно было бы пойти по ее следам, тогда мы наткнемся на ее логово и попытаем удачу в спасении ученого. С другой стороны, выживание группы в приоритете, значит, нужно идти налево». Бард деловито потер руки и повел всех в левый коридор.
