Похоже, я нашёл то, что искал. Оказалось, существуют смежные группы людей, пересекающиеся в одних и тех же местах по причинам взаимного притяжения, о которых они даже не подозревают! Нельзя, конечно, сказать, что причиной того, что некоторые британцы регулярно встречались в лондонских клубах, являлась их устойчивая приверженность к «The Times». Однако незримая связь между этими людьми, безусловно, существовала. Мой вывод показался мне настолько же фантастическим, насколько верным: члены некоторых устойчивых групп не имели ни малейшего представления о своём членстве в данных группах. Ещё я заметил, что процент таких пересечений во всех смежных группах колеблется в совсем небольшом диапазоне: всего 5–6 %. Мне пришло на ум два возможных объяснения данного феномена. Либо определённая группа сохраняла свою устойчивость по внутренним причинам сплочённости, а не по основным видимым мотивам своей организации. Как это происходило, скорее всего, в случае любителей футбола, бокса и пива. Либо у отдельных людей существовали психологически смежные интересы и предпочтения, в соответствии с которыми они оказывались в смежных группах, как, например, вегетарианцы и те, кто занимались или занимаются йогой.
Исходя из первого предположения, общину следовало формировать из сложившихся групп, а не из отдельных случайных прохожих, как это делал пастор. Исходя из второго, следовало искать людей из смежной группы. Но противоречия никакого здесь не было. Более того, сочетание этих двух факторов обещало только усилить планируемый эффект. Это был бы вообще идеальный случай. Я в результате своих поисков не нашёл абсолютно смежной группы, например, людей выращивающих розы и симпатизирующих протестантизму. Но зато у меня были любители зелёного чая, головы которых были свободны для религиозных проповедей. И городские иммигранты — группа, таких же, как и я провинциалов, незримо сплочённая общими проблемами выживания в большом городе.
