Самые слики. Хроники «Формулы-1» полностью

Из-за мучительной боли начавшаяся карьера Херберта в «Формуле-1» практически завершилась. Но еще в конце 1989 года Питер Коллинз, которого Джонни называл своим гоночным отцом, предложил ему попробовать себя в Японии. Так в сезоне-1990 Джонни оказался на полном расписании в японских чемпионатах спортпрототипов и «Формулы-3000».

Благодаря этим выступлениям на него обратили внимание руководители спортивного подразделения команды гонок на выносливость компании Mazda. Они обратились к Херберту с просьбой сесть за руль их прототипа в знаменитых «24 часах Ле-Мана».

Насколько глупой казалась та затея, словами не передать. Мало того, что Херберт – пилот с функциональными ограничениями – подписался проехать самый физически тяжелый кольцевой автоспортивный марафон, так еще и откровенную отсталость японской техники в гонках на выносливость никто не отменял. Темп у Mazda был, но Porsche и Mercedes имели явное преимущество. Хватало у японцев, несмотря на весь опыт участия в марафонах, и проблем с достижением клетчатого флага – иронично, если вспомнить, что в какой-то момент девизом компании стал слоган «безотказна».

Херберт проехал «Ле-Ман» дважды, и вторая попытка стала, пожалуй, главным успехом Джонни в автоспорте. Летом 1991-го за рулем машины 787В команды Mazdaspeed наш герой выиграл суточный заезд. Но вернемся в 1990-й.

Все тот же Питер Коллинз, помимо мудрых советов, обеспечил нашего парня еще и местом тест-пилота в Lotus. Так после жуткой аварии Мартина Доннелли в Испании именно Джонни занял его место за рулем в двух заключительных Гран-при. После не самых убедительных выступлений Джулиана Бэйли в 1991-м Херберт вновь оказался в кокпите Lotus, однако на этапах в Германии, Венгрии, Италии и Испании уже самого британца подменял Михаэль Бартельс – сказались японские обязательства нашего героя в местной «Формуле-3000».

Главным итогом этих двух сумасшедших лет для Джонни стал тот факт, что он смог восстановиться от последствий жуткой аварии на «Брэндс-Хэтче» и доказать, что заслуживает второй шанс на полноценное пришествие в «Формулу-1».

Сезон-1992 стал для Джонни Херберта, по сути, первым полноценным в «больших призах», и надо же такому случиться, что британец в тот год морально переиграл напарника Мику Хаккинена. Квалификационный счет составил 9:7 в пользу нашего героя, ну а то, что машина у Джонни ломалась чуть чаще, чем у Мики… что ж, бывает. Огромное преимущество финна по очкам на деле ни о чем не говорило.

Вдохновленный результатами англичанина Питер Коллинз решил, что нашел идеальную замену уходящему в McLaren Мике и предложил Джонни пятилетний контракт. Интересно, что Рон Деннис интересовался и Хербертом, но Коллинз банально скрывал от пилота эту информацию, и о внимании со стороны топ-команды британец узнал случайно, от журналистов, естественно, когда уже было поздно что-то менять. Дезинформированный Джонни, считавший себя обязанным боссу, не имел морального права не подписать контракт, однако это стало первой очень серьезной ошибкой в карьере нашего героя.

В 1993-м, пусть и не без удачи, Херберт трижды финишировал в шаге от подиума. Он оказался четвертым в Бразилии, повторил этот успех двумя неделями позже в дождевой гонке на «Донингтон-Парке», снова стал четвертым на родине, в Сильверстоуне, и пятым – в Бельгии. И все это, не говоря уже о том, что Херберт великолепно смотрелся на фоне напарника Алекса Дзанарди, которому за весь сезон удалось набрать лишь одно очко. Но на этом финансовые возможности Lotus иссякли практически полностью.

В 1994 году новый регламент запретил использование всех электронных помощников, что серьезно повлияло на расстановку сил в чемпионате. По Lotus ситуация ударила особенно сильно, поскольку последние результативные финиши команды состоялись во многом благодаря электронной составляющей ее машин. Сезон коллектив начал на одном честном слове. Коллинзу буквально в долг удалось раздобыть хороший двигатель Mugen-Honda V10.

Большую часть года Lotus напоминал скорее тонущий корабль. Особые надежды в команде возлагали на Гран-при Италии: в «Храме скорости» дебютировала специальная, более мощная версия мотора. Но так как в распоряжении Коллинза и K^Ο была лишь одна коробка передач, способная работать с новым движком, получил его только Херберт. Дзанарди пришлось использовать старую версию двигателя.