Смута, принесшая так много страданий русскому народу, закончилась примирением общества и избранием царем Михаила Романова. Почему, несмотря на такой хаос и положение, когда все воевали против всех, российская государственность сохранилась? Можно, конечно, ответить на это несколькими словами — инстинкт самосохранения народа не дал России погибнуть. Но это, наверное, выглядит малоубедительным. Обратимся к столь часто цитируемому Ключевскому, который дает такой ответ: «Когда надломились политические скрепы общественного порядка, оставались еще крепкие связи национальные и религиозные: они и спасли общество».
Почему царем был избран именно Михаил Романов, ничем не проявивший себя шестнадцатилетний юноша? Попробуем порассуждать на эту тему, исходя из конкретной ситуации, расклада политических сил в обществе и предшествовавших прецедентов. В отличие от Годунова, Дмитрия и Шуйского, вступавших на трон правителями, уже сложившимися в основных своих чертах, Михаил Романов был не более как хорошим мальчиком. Как принято сейчас говорить, чистым листом бумаги, на котором можно было написать что угодно. Вот и рассчитывали бояре, ставя Михаила над собой царем, подчинить его своему влиянию. Кроме того, в народе авторитет Романовых был высок, усиленный гонениями на них со стороны Годунова.
Казалось бы, репутации Романовых должно было повредить сочувствие Филарета, отца будущего царя, Лжедмитрию II (Тушинскому вору), от которого он получил патриарший сан. Но ничего подобного. Поскольку главной опорой Тушинского вора являлись казаки, они захотели видеть царем сына патриарха Филарета. «Так двусмысленное поведение фамилии (Романовых. —
Ну и, конечно, сыграло свою роль родство бояр Романовых с угасшей династией. Напомним, что Михаил был племянником сына Ивана Грозного — царя Федора по его матери.
Впрочем, мы уже вышли за рамки разговора о царе Дмитрии. А закончим его размышлением на тему схожести смуты в русском государстве на стыке XVI и XVII вв. с драмой, разыгравшейся в нынешней России, хотя разделяет их четыре столетия. В том и другом случае смутам предшествовали правление деспотичных режимов, массовые репрессии, подавление свобод, закрепощение крестьян. Были опричники Ивана Грозного и их рецидив в виде чекистов Сталина. В обоих случаях, когда началась собственно смута, хаос, безвластие, имел место грабеж населения людьми, не обладавшими нравственными ограничениями. Впрочем, грабителями только такие и могут быть. Но разница в том, что четыреста лет назад инструментом грабежа была сабля, а в наше время — чиновничья должность и финансовая пирамида.
Закончилась ли наша смута избранием Владимира Путина, или на данном этапе своей истории Россия еще не испила чашу страданий и испытаний до дна? Об этом поговорим в заключительных главах нашей книги.
Второй царь в династии Романовых родился в 1629 г., вступил на престол, как и отец, в шестнадцатилетнем возрасте. Ему дали хорошее домашнее образование, в том числе музыкальное. Он получил представление о западноевропейской культуре, уже в детстве располагал личной библиотекой.
Это был добрейший, набожный человек. Добросовестно соблюдал посты, много молился. О какой-либо тирании с его стороны не могло быть и речи. «Лучше слезами, усердием и низостью (смирением) перед богом промысел чинить, чем силой и славой (надменностью)», — говорил он. Алексей удивлял своей кротостью иностранцев, поскольку, обладая неограниченной властью, никого не казнил, не лишил имущества, что противоречило русской традиции. Соотечественники за кротость, доброту дали ему прозвище «тишайший». Хотя во время вспышек гнева Алексей мог позволить себе самые разнузданные ругательства и рукоприкладство. Но он был насколько вспыльчив, настолько и отходчив, первым шел на примирение, просил прощения. Он очень переживал, когда кто-нибудь был им недоволен, шел на уступки в просьбах, что, бывало, вредило ему. Такое поведение было невиданным для русского царя.
Алексей Михайлович после смерти отца становился царем по праву престолонаследия, и тем не менее был созван всероссийский собор, избравший его на царство. Этого требовали две традиции, сложившиеся на основе прецедентов. Во-первых, предыдущие цари — Федор Иоаннович, Борис Годунов и Михаил Романов избирались на царство соборами. Во-вторых, при Михаиле все важнейшие государственные решения принимались соборным приговором.
Однако Алексей Михайлович впоследствии нарушил соборную традицию выбора царей, объявив при жизни (1674 г.) престолонаследником своего старшего сына Федора.
