Самый далёкий тыл полностью

Итак, сестра Грина, по-видимому, ничего не знает о его местонахождении. Трудно представить себе, чтобы Грин посвятил её в те махинации, что он задумал осуществить. Я, однако, могу использовать её в качестве заложницы, если возникнет необходимость оказать давление на Грина, – когда и если мы его найдём.

Далее. Что даст мне разговор с Леной? Она, если даже знает что-то, не скажет ничего. У меня, конечно, есть квалифицированные костоломы в тюрьме на Второй Речке, но сама мысль о Лене в руках моих пыточных следователей вызвала у меня приступ тошноты.

Я опять выпил.

Странно, но мысль о докторе Берг опять вернулась ко мне. На корабле находятся сейчас два человека, которых я знаю, – Анна Борисовна и мой Серёжа. Мне, кстати, стоило немалых трудов согласиться на включение моего юнги-сына в состав экипажа «Советского Сахалина». Я дал согласие только после того, как доктор Берг заверила меня, что не спустит с Серёжи глаз во время плавания и что мне незачем волноваться.

Анна Борисовна… Почему это было так важно для неё – быть на борту нашего сверхсекретного грузовоза? И её постоянные контакты с Грином, хотя и утверждённые мною, вызывают у меня неясные опасения. Кто кого там вербует – она его или он её?!

Стоит, пожалуй, начать с неё. Она живёт в комфортабельной квартире, подаренной ей обезумевшим от любви генералом Фоменко. С ней проживает её младший брат, который был назначен – несомненно, по протекции Фоменко – старшим радистом на «Советский Сахалин». Назначен, несмотря на его подмоченную биографию – ведь он был ранее арестован по 58-й статье и был выпущен на свободу исключительно по распоряжению генерала Фоменко, на которого, конечно же, повлияла его любовница, доктор Берг.

Что-то здесь нечисто… Но что?

Их квартира сейчас пустует в ожидании возвращения хозяев. Едва ли мы найдём какие-либо подозрительные следы в квартире такого осторожного человека, как Анна Борисовна, но попробовать стоит.

Как правильно, по слухам, любит говорить наш умница-начальник Лаврентий Павлович Берия: «Попытка – не пытка»…

***

На следующий день я послал команду из четырёх человек для детального обыска квартиры доктора Берг. Но не успел я сесть за свой письменный стол, заваленный срочными бумагами, как мне позвонил начальник команды:

– Товарищ генерал! – почти кричал он в трубку. – Оказывается, объект не пустует! Тут живёт человек! Он отказывается назвать себя! Мы задержали его. Что прикажете делать?

Тут живёт человек?! Это что ещё за новость? Квартира должна была быть пустой… Что за причина, по которой Анна Борисовна поселила в своей пустой квартире подозрительного человека, отказывающегося назвать себя? Или он забрался туда без её ведома?..

– Ничего не предпринимайте! – приказал я по телефону. – Ждите меня.

***

 «Подозрительный человек» оказался высоким светловолосым мужчиной лет тридцати, с аккуратной бородкой и коротко подстриженными усами. На нём была полинявшая пижама и поношенные домашние шлёпанцы. В общем, он не производил впечатления человека, который попал в эту квартиру случайно.

– Назовите ваше имя, – сказал я.

Мы с ним сидели друг против друга за столом в просторной гостиной. Ребята из моей команды стояли неподвижно вдоль стены, глядя то на меня, то на задержанного мужчину.

Он молчал, глядя в окно поверх моей головы.

– Предъявите ваши документы, – приказал я.

Молчание.

Я кивнул начальнику команды.

Тот отклеился от стены, не спеша подошёл к столу, поднял допрашиваемого за шиворот и внезапным ударом в живот свалил его на пол.

Я встал, обошёл стол и стал над лежащим человеком. Он тяжело дышал, широко открывая рот, из которого текла кровавая слюна.

Я уже готов был продолжить допрос, как вдруг мой взгляд упал на обрамлённый фотоснимок, стоящий на комоде. Я подошёл к комоду, взял снимок в руки и вгляделся в него.

Фото запечатлело двух человек: серьёзного светловолосого мужчину с бородкой и красивую улыбающуюся женщину.

Этой женщиной была Анна Борисовна Берг.

А серьёзный светловолосый мужчина с бородкой был, по всей видимости, её брат, Саша.

Я оглянулся на допрашиваемого. Он сидел, скорчившись, на полу, ловя воздух полуоткрытым ртом. Я нагнулся над ним, поднял его с пола, усадил на стул и поднёс к его лицу фотографию.

Нет сомнения! Это брат нашей докторши… Но почему он здесь? Он должен быть сейчас в Порт-Артуре, на борту грузовоза «Советский Сахалин».

И тут внезапная догадка обрушилась на меня, как обрушивается снеговая лавина на неосторожного альпиниста: он здесь потому, что вместо него на корабле под его именем и в его должности радиста находится Грин! Между ними есть несомненное внешнее сходство!

Я припомнил, что в досье Грина есть маленькое примечание, гласящее, что в 30-е годы, в Шанхае, Грин окончил радиошколу и работал радистом на рыболовных судах, курсировавших по Хуанхэ и Янцзы.

– Предъявите документы! – вновь приказал я и для убедительности расстегнул кобуру, вынул пистолет и положил его на стол перед собой.