– Стоять! – Марфа Сергеевна заставила Ивана к ней наклониться и от души расцеловала. – Дай ей освоиться у нас.
– Так, уволокли и замылили невесту? – строго уточнил Иван. – Бабуля, ну, что вы ещё придумали?
– Хороший мой… А что тебе отец сказал? – негромко спросила Марфа. – Ты когда матери решил говорить о свадьбе?
Иван тяжело вздохнул.
– Отец сказал, что счастлив за меня, правда, посоветовал не торопиться, а хорошенечко узнать невесту. Можно подумать, что я с бухты-барахты жениться решил, – сердито проворчал Иван. Он-то был уверен, что отец обрадуется, но его тон предполагал что угодно, кроме этого.
– Не обижайся, мой хороший. Миша себя вспомнил, вот и переживает – боится, что ты повторишь его ошибку… На молоке обжегся, на воду дует!
– Интересно, почему он за Игоря так не переживал? – фыркнул Иван.
– Потому, что у Игоря положение было иное – для него Настя была противоядием от матери. А ты, как твой отец считает, уязвим для охотниц. Ладно, про его реакцию я поняла, а что он про Люду сказал?
– Что мать меня не простит, если я женюсь без неё. Сегодня он ей ничего говорить не станет, а завтра я должен сам позвонить и ей рассказать.
Иван сердито сжал зубы – он-то надеялся на содействие отца, на его подстраховку, а тут опять такая засада!
Марфа Сергеевна вздохнула – у сына всегда характер был мягкий, уступчивый. Ему на пользу пошёл его отъезд подальше от Людмилы, но видимо, жена его снова прижала к ногтю!
– И опять Миша исполняет танец по граблям! – невесело подумала она. – Ну, как так вышло? У Ирины характер нормальный, то есть он имеется, и она в состоянии им пользоваться, противостоя тому, что для неё неприемлемо, а Миша – как пластилин. Как же он мальчишек подвёл – ужас просто! И сейчас – ну, дали тебе второй шанс, решил ты им воспользоваться, так держись! Так нет, опять всё вернулось на круги своя. Бедный Ваня!
– Ванечка, не переживай, – погладила она внука по тёмно-русым волосам. – Ты не один!
– Я знаю, – кивнул Иван, – Да, кстати, так, где всё-таки Марина?
– Ты не просто не один, а теперь ещё и с невестой, – Марфа Сергеевна сделала вид, что не заметила, что внук её перебил, – И она должна знать, с чем столкнётся. Извини, я знаю, что ты ей скажешь то, что считаешь нужным, беда только в том, что это не совсем то, с чем ей придётся столкнуться. Люда всегда умела ударить в больное место, да так, даже не по-женски, а по-бабски, что это и не заметно со стороны, особенно мужчине, но невыносимо больно. Так что поверь мне, хоть какую-то информацию о том, с чем ей придётся столкнуться, Марина должна получить!
– Бабуль, ну, вы удружили! Да она сейчас просто всё отменит, и всё! – вздохнул Иван.
– Неее, Марина производит впечатление девушки правильной – такая за своих будет стоять стеной. Ты – уже её! Так что не переживай, не отменит, – тихонько рассмеялась Марфа. – Ладно-ладно, не сердись, они с Ириной у курятника…
Ирина быстро излагала ситуацию с будущей Марининой свекровью, параллельно охарактеризовав брата: – Очень добрый, хороший, совестливый и слабый… Характер мягкий, как сливочное масло в жару. Ты не думай, я ни за что бы тебе это всё не стала рассказывать, если бы не видела, что у вас с Иваном всё всерьёз, и тебе с его родителями придётся общаться волей-неволей… Я вот не исключаю, что он Ване велел всё срочно матери рассказать, а то она будет злиться, и, соответственно, прилетит ему самому.
Ирина оценила, как Марина слушает – подобралась, посерьёзнела, поняла правильно – это не пустые бабские сплетни, а подстраховка в случае возникновения проблемы.
Марина отлично понимала, что тётка Ивана оказала ей услугу. Иван говорил о сложном характере матери, но трудно требовать от мужчины, чтобы он выложил всё начистоту – вот такую натуру родителей сыну трудно описать.
– Мариш, Иван мчится, – негромко окликнула её Ирина. – Сердитый-пресердитый. Сейчас, чего доброго, на меня ругаться будет!
Иван ругаться не стал, хотя был хмурым и невесёлым.
Пока Ирина под шумок поволокла к машине свежие яйца, он обнял Марину, а потом невесело спросил:
– Напугали тебя? Ещё не пожалела, что со мной связалась?
– Ты вот сейчас с кем говоришь, а? – улыбнулась Марина. – Разве же меня можно так просто напугать? Вань, что-то случилось?
– С отцом говорил… он не в восторге, перед мамой прикрывать не станет. Завтра или я сам ей звоню, или отец расскажет о нашей свадьбе. Я, если честно, очень надеялся, что мы сможем ей рассказать непосредственно перед этим. Так, чтобы ей осталось только прилететь, попраздновать и улететь обратно. А так… Так она может всем прилично испортить настроение, да и сам праздник.
– Вань, ты не переживай! Я не знаю про остальных, но мне никто ничего не испортит, главное, чтобы ты был рядом! – Марина прислонилась лбом к плечу жениха. – Знаешь, я теперь понимаю, что вся мишура – это такая ерунда, на самом-то деле! Так что не бойся, как-нибудь управимся мы со всем этим! И да… у тебя совершенно потрясающая тётя!
