Страшен огневой удар российского спецназа, когда бесшумные, не похожие на обычные выстрелы, хлопки «валов» и «винторезов» сливаются в сплошной шелест, и падают под свинцовым дождем часовые, посыльные, связисты и штабные офицеры. А сам Вальтер Модель уже лежит на земле с завернутыми за спину руками. Опытные руки уже вставили в его рот кляп. Хороший улов сегодня у ребят, не каждый день им попадается такая крупная рыба. Ну и ладно, не одному же «Бранденбургу» заниматься диверсиями в советских тылах?
Когда командирский бронетранспортер «Ганомаг» остановился и адъютант открыл бронированную дверцу, генерал Герман Гот спрыгнул на пыльную землю и огляделся по сторонам. Как и доложили ему передовые части, поселок был пуст и производил жутковатое впечатление. Перед своим отступлением большевики не только взорвали на станции стрелки, водокачку и поворотный круг, вывезли все запасы, но еще и угнали все население. Они постарались на славу, оставив после себя пустой поселок. Пустота в пристанционных складах, пустота в сараях и амбарах, и пустота в домах. Правда, в колодцах была вода, но разведчики предупредили, что она может быть отравленной, и генерал Гот запретил своим солдатам пить из этих колодцев.
Генерал Гот сплюнул пересохшим ртом на пыльную землю. Отчаянно хотелось пить и ругаться. Всего полчаса назад он едва не погиб, когда маленькую штабную колонну из двух командирских «Ганомагов» и двух «Хорьхов» сопровождения, вооруженных пулеметом МГ-34 и двадцатимиллиметровой пушкой, неожиданно на бреющем атаковала тройка краснозвездных штурмовиков-бипланов, выпустив по немецким бронеавтомобилям рой реактивных снарядов и обстреляв их из пушек и пулеметов. Все произошло так внезапно, что один броневик сопровождения сразу же вспыхнул комом бензинового пламени от прямого попадания русского эрэса. Наводчик второго броневика сопровождения пришел в себя только тогда, когда нахальная краснозвездная троица уже скрылась из вида, и дал очередь из пушки им вдогонку, но тут же получил подзатыльник от своего командира за напрасный расход боеприпасов. Гораздо лучше было бы подловить наглых большевиков на втором заходе и отомстить за погибших. Но краснозвездные бипланы так и не вернулись. Ни одного самолета люфтваффе за эти два дня генерал Гот так и не увидел. И если земля, несмотря ни на что, пока принадлежала вермахту, то в воздухе господствовали русские, на рассвете 22 июня разом накрывшие огнем своих чудовищных орудий почти все приграничные немецкие аэродромы.
Генералу Готу от этого приключения достался на память еще горячий осколок металла, который, залетев в машину через открытый верх, отрикошетил от боковой стенки и, как предупреждение, свалился прямо на генеральские колени. На этой войне, оказывается, убивали, причем убивали изобретательно, неожиданно и беспощадно.
Потом, уже почти у самого поселка Шештокай, штабная колонна миновала то место, где в засаду попала группа передовой моторизованной разведки. Изуродованные внутренними взрывами до неузнаваемости легкий танк PzKpfw II и такой же, как в сопровождении генеральской колонны, пушечно-пулеметный броневик, а также несколько изрешеченных пулеметным огнем мотоциклов стали еще одним памятником доблестным солдатам вермахта, вынужденным освобождать мир от зловредных большевиков. Причем некоторые пули, судя по дырам в броне и разорванному пополам телу одного из мотоциклистов, были весьма неприятного калибра.
Генерал Гот догадался, что тут произошло. Большевики устроили засаду, засыпав дорогу «чесноком» и расположив свои бронеавтомобили за проходящей примерно в полукилометре железнодорожной насыпью, так, чтобы над рельсами возвышались только их башни. Такие мобильные патрули, состоящие из одного-двух пушечно-пулеметных бронеавтомобилей и одного вооруженного четырьмя противотанковыми ракетами, уже стали настоящим проклятьем для 3-й танковой группы. Действующие по принципу «нагадил и убежал», они атаковали из засад передовые подразделения мотомеханизированных частей и, отстрелявшись, убегали, оставляя после себя только обгорелую технику и трупы. Иногда атакам подвергались и идущие в походном порядке колонны танковых полков. В таком случае машина с противотанковыми ракетами делала с большой дистанции от одного до четырех выстрелов своим дьявольским оружием, после чего большевики исчезали, не вступая в затяжное боестолкновение. Эти ужасные русские снаряды всегда попадали в цель, а заряд, который они несли, был явно избыточен даже для средних «троек» и «четверок».
