Едва только водоплавающие и ныряющие танки погрузились в воды Западного Буга, как с востока прилетел восьмидюймовый фугасный снаряд, выпущенный из гаубицы особой мощности Б-4, и, разорвавшись у самого дна, поднял вверх огромный столб воды, смешанной с илом и речной живностью. Следом за первым снарядом прилетел второй, третий, четвертый, и тихая польско-белорусская пограничная речка превратилась в фонтанирующий гейзер. Расходящиеся под водой ударные волны, куда более опасные, чем на воздухе, прорывали уплотнители, сминали и топили мягкие резиновые воздуховоды, а также контузили сидящие в танках экипажи.
Ни один из вошедших в воду средних подводных танков так и не появился на противоположном восточном берегу. Все они остались на дне Западного Буга. Несколько плавающих Т-II, которым повезло не затонуть во время этой артиллерийской вакханалии, сумели выкарабкаться на восточный берег реки, но только лишь для того, чтобы, попав под перекрестный огонь сразу двух опорных пунктов Экспедиционного корпуса, вспыхнуть чадным пламенем под ударами ПТРК «Корнет», которые были отгружены на эту войну со складов длительного хранения по причине истечения гарантийного ресурса.
И так было везде и всюду. Любая попытка немцев пересечь границу кроме мест, специально предназначенных для этого советским командованием, тут же пресекалась мощными артиллерийскими и авиационными ударами. Да и в «специально отведенных местах», как уже было известно немцам, тоже приходилось несладко.
Но самое интересное началось ночью, когда под покровом темноты движение на западном берегу значительно активизировалось. Немцы наивно думали, что раз стало совсем темно, то вся их бурная деятельность не видна с восточного берега. А раз не видно, значит и не стыдно…
