— Учитель, зачем вам понадобилось такое оружие? В оружейной вашей светлости есть клинки из звёздной стали, зачарованные друидами на остроту и прочность, они разрезают металл и убивают одним прикосновением старших лоа.
— Ты о мечах и копьях, которые я забрал с трупов врагов, Агарваэн? — закончил я шептать заклинание. — Они недостаточно хороши. — Я провёл рукой по копью, ощущая зарождающуюся в нём Силу. — Древко из отвердевшей плоти Владыки Чащоб не сломается и под ударом одержимого вождя огров, наконечник из кости зверобога пронзит прочнейший из панцирей, Предвечная Тьма, которой окутано копьё, опустошит даже бога.
Ученик побледнел и отшатнулся.
— Вы хотите… пойти войной на богов? — выдавил он, вызвав у меня улыбку. Порой этот юноша, приходящийся мне дальним родичем, на удивление наивен.
— Ты полагал, мне достаточно славы победителя верховных шаманов и истребителя старейших лоа? — хохотнул я. — Слыхал ли ты о о Древних, дремлющих в глубинах Вселенной и ждущих удобного часа для пробуждения и завоевания Четырёх Миров? Когда-нибудь кто-то из наших врагов, будь то синекожие или морлоки, обратится к ним, и мы будем вынуждены принять бой. Тогда ты поймёшь, зачем нужно оружие, способное повергать богов.
Зачерпнув из стоящей на алтаре чёрной мраморной чаши, я окропил копьё бледно-красной смесью из моей крови и сока Прародителя Древней. Капли мгновенно впитались испещрённым рунами Первородных древком и удлинённым, похожим на лист меч-травы наконечником.
— Смотри, ученик!
Я провёл костяным остриём, что чернее ночи, по предплечью. Глубокая царапина стремительно затягивалась, не оставляя следа.
— Сама сущность оружия не позволит навредить мне, его создателю. Моя воля составляет основу его Предназначения — убивать врагов, делая меня сильнее. Копьё всецело подчиняется мне. — Я выпрямился, придирчиво осматривая почти завершённое творение, и перевёл взгляд на огромное чудовище, скованное ветвями храмового древа. Воплощённый старейший лоа вздрогнул и замотал покрытой печатями головой, предчувствуя смерть. Короткий выпад, наконечник вгрызся в псевдоплоть. Лоа судорожно вдохнул, будто хотел удержать ускользающую из физического тела айгату, и обмяк. Бурлящий поток загудел, поглощаемый копьём, и полился ручьём в меня. — Нарекаю тебя Погибелью Богов, Маркарт Баланор!
Оружие в моих руках затрясло от радости. Творение завершено.
