СиСи попытался что-то возразить.
— Послушай меня, Тэд…
Однако, тот уже не хотел ничего слушать.
— Отец! Твоя больная фантазия заставила тебя поверить в такую чушь!.. У тебя, наверняка, слишком разыгралось воображение! — закричал Тэд, уже не заботясь о том, чтобы соблюдать внешние приличия.
СиСи удрученно развел руками.
— Но ведь это правда, Тэд.
— Нет! — воскликнул тот. — У Хейли от меня нет секретов! Это естественно, ведь мы собираемся пожениться. Ей известно, что я думаю о Джине.
СиСи безнадежно покачал головой.
— Именно поэтому Хейли хранила молчание. Она слишком хорошо успела узнать тебя.
Тэд разъяренно заорал:
— Отец, я попрошу так не говорить о Хейли! Ты несправедлив к ней! Ты считаешь, что только ты имеешь право выносить суждения о людях. Уверяю тебя, это не так!
Тэд порывисто повернулся, чтобы уйти. Но СиСи воскликнул своим обычным властным тоном:
— Подожди-ка секунду! Тэд, я обращаюсь к тебе!
Тот замер на месте, но не обернулся. Поэтому СиСи был вынужден разговаривать с ним через спину.
— Я сам слышал это от Джины, — холодно сказал Ченнинг-старший. — Она призналась во всем. Она была здесь.
Услышав это, Тэд изумленно обернулся.
— Джина? Сама призналась?..
СиСи бросал слова тяжелые, как обвинительная речь.
— Да, она сама сказала мне о том, что Хейли ее родственница.
Тэд в растерянности отступил на шаг.
— Этого не может быть… — прошептал он. — Хейли сама должна была рассказать обо всем этом. Почему же она молчала?..
ГЛАВА 7
Тиммонс бросил рассеянный взгляд на богатую обстановку президентского номера в отеле «Кэпвелл».
— Как бы то ни было, — с ядовитой улыбкой сказал он, — я не думаю, что здесь самое подходящее место для нашего разговора.
Джина пожала плечами.
— Почему же? Мне кажется, что именно здесь удобнее всего поговорить. Тут нас никто не увидит. Это куда более уединенное место, чем, например, ресторан, где тебя знает каждый официант.
Тиммонс усмехнулся.
— Так вот, благодаря моей репутации, я уверен в том, что никто не подумает ничего дурного, когда увидит меня, разговаривающего с тобой в баре. А вот если нас застанут здесь… Мне будет трудно предсказать последствия.
Джина снисходительно улыбнулась.
— Ну что ж, если ты так уверен в своей репутации там и не уверен в ней здесь, мы можем спуститься в бар.
Когда они вышли из номера, Тиммонс закрыл дверь ключом и положил его себе в карман. Джина не скрывала удовлетворения.
— Я вижу, что президентский номер тебе понравился, — с улыбкой сказала она. — Надеюсь, что он понравится и Сантане.
Тиммонс ухмыльнулся.
— А вот это уже будет решать сама Сантана. Пока что, мне не хотелось бы обсуждать этот вопрос.
Они прошли мимо открытой двери в зал ресторана «Ориент Экспресс», направляясь сразу к стойке бара.
По пути Джина вытянула шею и заглянула в зал.
Сантана в одиночестве сидела за столом, теребя волосы.
Судя по ее дрожащим рукам, она сильно нервничала. Очевидно, даже таблетки, которые она постоянно принимала, уже не помогали ей.
Джина удовлетворенно улыбнулась и направилась к окружному прокурору, который занял место за стойкой.
Он неторопливо потягивал виски из небольшого стаканчика.
Джина подошла к стойке и принялась подзуживать Тиммонса.
— Ну так, когда ты начнешь действовать? Что ты все время медлишь? Не забывай о том, что время уходит зря. У тебя остается не больше, чем полтора часа.
Тиммонс поднял голову и уныло посмотрел на висевшие за спиной бармена часы. Была половина десятого.
— Не торопи меня, — кисло сказал он. — Всему свое время.
Джина вся дрожала от нетерпения, словно гончая, увидевшая безнаказанно пробегающего мимо зайца.
— А тебе надо поторопиться, надо, — настойчиво повторила она. — Вот увидишь, сейчас все выскользнет из твоих рук!
Тиммонс молча пил крепкий напиток, словно не обращая внимания на слова Джины.
Это заставляло ее нервничать еще сильнее.
Из-за медлительности и нерешительности окружного прокурора ее план находился под угрозой срыва. И угроза эта была весьма реальна и ощутима.
— Вот увидишь, — мстительно сказала она. — Сейчас приедет Круз, расплатится по счету и увезет Сантану домой. Тогда ты останешься с носом!..
Тиммонс равнодушно махнул рукой.
— Ну и что из этого?
Джина взбеленилась.
— Как, что из этого? — привлекая внимание окружающих, воскликнула она.
Когда публика, сидящая вокруг стала озираться, она перешла на театральный шепот:
— Ты упускаешь такую шикарную возможность провести время в президентском номере!.. И не один, а вместе с Сантаной…
Тиммонс недовольно скривился.
— Джина, мне непонятна твоя горячая заинтересованность в этом деле? Почему это ты занялась сводничеством? Из чистых побуждений.
