— Бетси, — обратился к ней доктор, — я хочу вас немного озадачить, — он подал ей лист бумаги. — Я хочу возложить на вас ответственное поручение, хочу поручить вам заняться международным симпозиумом, в котором мы будем участвовать.
Женщина кивнула.
— А чему будет посвящен этот симпозиум? — уточнила женщина.
— Это будет первый международный симпозиум, посвященный ЛД. Приедет очень много гостей из разных стран. Это будут уникальные специалисты, так что, Бетси, позаботьтесь обо всем, чтобы это мероприятие прошло на высшем уровне.
— Мистер Кастильо, — сестра милосердия повернулась к Крузу, — мне кажется, что детский фонд мог бы нам очень помочь в организации. И еще, я даже думаю, они смогли бы поддержать нас в финансах.
Круз посмотрел на женщину.
— Что ж, вполне возможно.
— Тогда вы можете обратиться к ним, — предложила женщина.
— Я постараюсь это сделать в ближайшее время. Если не я, то моя жена обязательно займется этим. Думаю, они пойдут нам навстречу.
— И еще, мистер Кастильо, — доктор Хайвер встал из‑за стола, — в этот список приглашенных следует внести еще несколько фамилий.
— Да? — Круз посмотрел на доктора Хайвера.
— Конечно, есть несколько специалистов, которых было бы очень полезно увидеть на этом симпозиуме. Думаю, они смогут пролить свет на некоторые довольно сложные и запутанные проблемы.
— Я не против, впишите их, доктор Хайвер.
Людвиг Хайвер вытащил из кармана своего белого халата автоматическую ручку и, немного помедлив, внес в список две фамилии.
— Вот теперь, мне кажется, здесь есть все, кто так или иначе связан с проблемами лейкодистрофии, не правда ли, Бетси?
Женщина согласно кивнула.
— Я могу идти или будут еще какие‑то поручения?
— Нет, Бетси, пожалуйста, займитесь этим вопросом и держите меня в курсе всех проблем. Если кто‑то из приглашенных будет отказываться, пожалуйста, предупредите меня, и я свяжусь с ним лично.
— Доктор Хайвер, вы что, знаете всех этих людей? Доктор Хайвер улыбнулся на вопрос Круза.
— Конечно, со многими из них я учился, со многими встречался на всевозможных конференциях и симпозиумах, а научные труды многих из них лежат на моем столе, — доктор положил пухлую руку на высокую стопку журналов и ксерокопий. — Так что, я думаю, мы сможем договориться со всеми и они обязательно будут на этой конференции. И еще, мистер Кастильо, я думаю, наш институт тоже сможет внести определенные средства в проведение симпозиума. Думаю, что мы при всей жесткой экономии найдем их, ведь дело, предложенное вами, очень важно. Важно не только для вас, хотя я понимаю ваше волнение и ваше желание, но оно важно и для меня, ведь я занимаюсь этой проблемой с самого начала, сразу же после того, как была открыта лейкодистрофия. И я являюсь, поверьте, не менее заинтересованным лицом чем вы. Думаю, все будет хорошо.
— Хотелось бы верить, доктор Хайвер.
— Все будет хорошо.
Доктор подал руку Крузу, и мужчины вновь обменялись крепкими рукопожатиями.
Круз поклонился и покинул клинику Людвига Хайвера. Он спешил домой, туда, где Сантана занималась тем, чтобы найти средства на проведение симпозиума.
После встречи с доктором Людвигом Хайвером Круз Кастильо вернулся домой. Он сразу же озадачил Сантану и переложил часть хлопот по организации конференции на ее плечи. Сантана была к этому готова и сразу же включилась в работу. Она, не переставая заниматься Брэндоном, принялась вызванивать всех, кто мог оказать хоть какую‑нибудь пользу в организации конференции.
Список телефонов она повесила над кухонным столом и время от времени снимала телефонную трубку, названивая то в Лос–Анджелес, то в Сан–Франциско, то в Вашингтон, пытаясь отыскать нужных людей, переговорить с ними, пригласить на конференцию, предложить участвовать в ней. Кого‑то в это время не было дома и тогда Сантана огорченно опускалась на стул рядом с телефоном и отрешенно смотрела в стенку.
— Ничего, Сантана, не огорчайся, может быть, ты еще сможешь найти этого мистера Джонсона или миссис Клеманс, — утешала Мария свою кузину.
Брэндон в это время сидел в инвалидной коляске у раскрытой двери и смотрел на улицу, где на лужайке его сверстники занимались играми.
— Кого тебе еще надо вызвонить?
— Знаешь, Мария, самое главное — это связаться с председателем фонда, а их все время нет дома. Странно, ведь их сын болен, он в таком же состоянии как и Брэндон, даже, возможно, и хуже. — Не знаю, не знаю, — пожимала плечами Сантана, — я набираю их номер в пятый раз, а к телефону никто не подходит. Мария, попробуй ты, может у тебя рука легче и тебе повезет?
— Ну что ж, я с удовольствием выполню эту просьбу.
Мария посмотрела на листок, приколотый над столом.
— Этот телефон?
— Да, этот.
— Мистер Смит? Это тот машинист тепловоза?
— Да, кажется он говорил, что работает на железной дороге.
— Ну что ж, Сантана, возможно мне и повезет. Мария набрала номер, плотно прижала трубку к уху.
После долгой тишины вдруг раздался гудок и послышался женский голос.
Мария улыбнулась и тут же передала трубку Сантане.
— Вот видишь, действительно у меня легкая рука.
— Спасибо тебе.
