— Вы были любовниками? — спросил Мейсон.
Ни секунды не сомневаясь, Кэтлин Фримэн заявила:
— Нет.
Прежде чем задать следующий вопрос, Мейсон подошел к столу и, открыв свой металлический чемодан, достал оттуда видеокассету в прозрачной полиэтиленовой пленке. Многозначительно продемонстрировав ее миссис Фримэн, он затем показал ее собравшимся в зале публике и репортерам.
— Господа, здесь у меня имеется видеозапись, сделанная покойным Лоуренсом Максвеллом. Пока что, кроме меня, эту видеозапись никто не видел. Я обязательно предоставлю ее суду для того, чтобы присяжные заседатели могли убедиться в верности моих слов.
Он подошел к дубовым ограждениям, за которыми сидела свидетельница обвинения и, продемонстрировав ей пленку, сказал:
— Видеозапись на этой кассете свидетельствует о том, что вы, миссис Фримэн, только что солгали когда говорили мне, что не были любовниками с Лоуренсом Максвеллом. Зачем вы это сделали?
Кэтлин Фримэн подавленно опустила голову и, кусая губы, молчала.
Тогда Мейсон вновь повернулся в зал и громко произнес:
— Здесь доказательство того, что Кэтлин Фримэн и Лоуренс Максвелл находились в весьма близких интимных отношениях. Эту видеозапись сделал сам покойный. Очевидно, еще в те времена, когда они были близки с миссис Фримэн.
Мейсон подошел к столу, за которым восседала судья Кингстон, и положил видеокассету перед ней.
— Ваша честь, прошу приобщить это к делу как вещественное доказательство.
Судья удовлетворенно кивнула:
— Продолжайте, мистер Кэпвелл.
Мейсон направился к свидетельнице:
— Итак, я еще раз повторяю свой вопрос. Вы были любовниками?
Даже после того, как Мейсон уличил ее во лжи, Кэтлин Фримэн не нашла в себе сил ответить прямо.
— Мы встречались.
Мейсон сунул руки в карманы брюк и прошелся по залу.
— Как долго это продолжалось?
— Несколько месяцев.
— А как ваши отношения закончились?
Кэтлин Фримэн молчала, и Мейсон, чтобы облегчить ей задачу, решил по–другому сформулировать вопрос.
— Вы встречались до тех пор, пока он не познакомился с Вирджинией Кристенсен?
Свидетельница кивнула и едва слышным голосом произнесла:
— Да.
В зале вновь поднялся легкий шум, который, впрочем, прекратился сразу же, как только судья Кингстон грозно повела головой.
После того, как тишина была восстановлена, Мейсон вновь продолжил вопрос:
— Вы любили Лоуренса Максвелла?
Мейсон заметил, как в уголках глаз Кэтлин Фримэн блеснули слезы.
— Да, конечно, я любила его, — сдавленным голосом произнесла свидетельница.
Мейсон немного подождал, обдумывая следующий вопрос, который он собирался задать Кэтлин Фримэн.
— Как вы считаете, не было ли слишком жестоким то, что мистер Максвелл обменивался с вами откровениями на интимные темы после того, как ваши любовные отношения были закончены? Ведь вам, наверняка, не нравилось, что покойный рассказывал о своей интимной жизни с мисс Кристенсен в таких подробностях, которые могли бы, наверняка, шокировать вас.
Кэтлин Фримэн не удержалась и всхлипнула.
— Это не имеет никакого отношения к тому делу, которое рассматривается на этом заседании, — сквозь слезы сказала она.
Помощник окружного прокурора уже готов был вскочить со своего места с очередным протестом против действий защитника, но Мейсон опередил его, быстро сказав:
— Хорошо, я перефразирую вопрос. Были ли вы обижены на то, что мистер Максвелл оставил вас ради романа с этой молодой женщиной? Было ли вам от этого больно?
Вопрос выглядел вполне безобидно, и помощник окружного прокурора вынужден был проглотить свой протест.
Кэтлин Фримэн также не почувствовала никакого подвоха в этих словах адвоката, а потому, вытерев слезы носовым платком, ответила с обидой в голосе:
— А как вы думаете? Как по–вашему я должна была себя чувствовать? Я знала, что этот роман не будет продолжаться долго, но, когда Лоуренс бросил меня ради Вирджинии Кристенсен, я была просто раздавлена.
Мейсон бросил на нее удивленный взгляд.
— А почему вы были уверены в том, что роман Лоуренса Максвелла с Вирджинией Кристенсен не мог продолжаться долго?
Та зло посмотрела на обвиняемую и, не скрывая своей ненависти, ответила:
— На таких, как она, мужчины не женятся.
Мейсон немного помолчал.
— Хорошо, мы сейчас не будем обсуждать, на ком женятся мужчины, а на ком нет. Вы надеялись, что после того, как роман Лоуренса Максвелла с моей подзащитной закончится, он вернется к вам?
— Да.
Мейсон ожидал такого ответа и был подготовлен к нему.
— А разве Лоуренс Максвелл не говорил вам, что предлагал Вирджинии руку и сердце, а она его отвергла?
Свидетельница уклонилась от прямого ответа на этот вопрос.
— Она получила от него все, что хотела, — ответила Кэтлин Фримэн.
Потеряв терпение, помощник окружного прокурора снова вскочил со своего места и воскликнул:
— Ваша честь, я возражаю. Адвокат пытается сделать из свидетельницы обвиняемую.
Судья Кингстон хмуро покачала головой.
— Возражение отвергнуто. Адвокат имеет право продолжить допрос, — не вдаваясь в подробные объяснения, ответила миссис Кингстон.
— Свидетельница, поясните, пожалуйста, что конкретно вы имели в виду, когда отвечали на мой последний вопрос?
