Однако, несмотря на столь удачное завершение заседания, Мейсон понимал, что радоваться рано. Процесс еще не был закончен, и в ходе судебного разбирательства вполне могли всплыть неожиданные подробности, которые бы в корне изменили дело.

Помощник окружного прокурора, насупившись, сидел в своем кресле и, не поднимая головы, барабанил пальцами по столу. Его вполне можно было понять: приезжий адвокат, который мог похвастаться только полным отсутствием опыта на поприще защиты, переигрывал его по всем статьям. На каждый изощренный ход обвинения защитник отвечал контрвыпадом, превосходившим по эффективности все, что предпринимал помощник окружного прокурора.

Шансы на благоприятный для обвинения исход судебного процесса против Вирджинии Кристенсен с каждым днем сводились к нулю. А ведь все начиналось так хорошо…

Когда Мейсон занял свое место, в зале поднялся шум. Возбужденная публика обменивалась мнениями по поводу только что услышанного, а журналистская братия усиленно скрипела перьями, занося в блокноты все подробности прошедшего судебного заседания.

Зрителям и слушателям дневных новостей было бы весьма любопытно узнать о том, что на покойного Лоуренса Максвелла претендовала не только белокурая красотка Вирджиния Кристенсен, но и изрядно уступавшая ей во внешних данных и возрасте Кэтлин Фримэн.

Особую пикантность этому факту придавало то, что в подтверждение своих слов защитник предоставил в распоряжение суда видеокассету с записью, сделанной самим покойным миллионером.

— А скромница Фримэн на самом‑то деле оказалась стреляной птичкой, — не отрывая взгляда от блокнота, сказал своему приятелю уже знакомый нам репортер Джонни.

Корреспондент вечерней газеты Дик Портер, также погруженный в работу, торопливо ответил:

— А как, по–твоему — до тридцати шести лет она дожила девственницей?

Джонни, он же Джонатан Поллард — корреспондент местной радиостанции, в ответ лишь рассмеялся.

— Похоже, мистер Максвелл готов был одарить своим вниманием и деньгами каждую, кто ныряла к нему в постель. Щедрый был парень… При его‑то капиталах, двести пятьдесят тысяч — сущая безделица. Она вполне могла рассчитывать на большее.

Дик пожал плечами.

— Видно, в постели она сильно уступала своей сопернице, раз он отписал Вирджинии Кристенсен целых восемь миллионов. А знаешь, что ему больше всего нравилось в сексуальной жизни с этой белокурой красавицей?

— Что?

— То, что она была хорошо знакома с садомазохистскими делами. Похоже, мистер Максвелл, как и всякий богатей, испытывал комплекс излишней полноценности. Ему хотелось подчиняться, а не доминировать. А такие женщины, как Кэтлин Фримэн, способны только валяться в ногах и целовать возлюбленному ноги. Ему нужна была такая, как наша красавица Вирджиния. Я не удивлюсь, если узнаю о том, что она наряжалась в кожаное белье, брала в руки плетку и, стегая его по спине, заставляла ползать на четвереньках и лаять, как собака.

— Ты думаешь, что у них могло зайти так далеко?

— А что в этом особенного? Почему миллионер не имеет право хоть на минуту почувствовать себя собакой? Наверняка, она одевала туфли на высоких каблуках, и он с удовольствием целовал ей ноги…

В другое время и в другом месте такие разговоры вполне могли бы привлечь внимание окружающих. Однако, сейчас каждый был занят своим делом. К тому же, все остальные думали о том же самом, а возможно, в еще более пикантных подробностях.

Разумеется, журналисты не собирались выносить на суд читающей и слушающей публики все свои домыслы. Они предоставляли эту возможность самим обывателям.

Пожалуй, сегодня произошло одно из самых интересных судебных заседаний за все время процесса над Вирджинией Кристенсен. Наверняка, многие из присяжных заседателей склонялись к мысли о том, что пора прекратить слушания и разобраться со всей горой накопившихся фактов.

Словно почувствовав их настроение, судья Флоренс Кингстоун подняла деревянный молоток, стукнула им по столу и заявила:

— В судебном заседании объявляется перерыв. Процесс возобновится в четырнадцать ноль–ноль.

Мейсон удовлетворенно вздохнул и, обменявшись улыбкой со своей подзащитной, стал складывать документы в чемодан.

<p><emphasis><strong>ГЛАВА 29</strong></emphasis></p>

Форма одежды имеет немаловажное значение для женщины, особенно если она — обвиняемая. Улики, представленные стороной защиты, не убеждают даже самого адвоката в невиновности его подзащитной. Вирджиния Кристенсен — жертва или преступница? Обвиняемая собирается защищать себя сама. Мейсон пытается образумить Вирджинию, но его усилия бесполезны. Несколько советов адвоката.

Перейти на страницу:

Все книги серии Санта–Барбара

Похожие книги