— А когда вы узнали, что получите деньги по завещанию мистера Максвелла?
Она спокойно улыбнулась.
— Когда об этом сказали мне вы.
Мейсон решил, что на этом его миссию можно считать законченной. Если не считать двух–трех мелких проколов, допрос Вирджинии прошел нормально. Она вела себя вполне спокойно, уверенно отвечала на вопросы, и ее поведение говорило о непоколебимой уверенности в собственной невиновности.
Пока что Вирджиния вполне уверенно выполняла те указания, которые дал ей Мейсон перед началом этого заседания. Однако самое тяжелое было впереди. Сейчас за Вирджинию должен был взяться помощник окружного прокурора.
Мейсону хотелось оттянуть этот момент как можно дальше. Однако приходилось отступить перед неизбежностью.
— Ваша честь, я закончил допрос свидетельницы, — сказал адвокат.
Судья Кингстон кивнула.
— Хорошо, мистер Кэпвелл, можете сесть. Господин Мессина, приступайте к допросу свидетельницы.
Помощник окружного прокурора, хмуро слушавший рассказ Вирджинии Кристенсен, оживился и, направившись к стойке, за которой сидела обвиняемая, произнес:
— Ну что ж, вы вполне убедительно изложили некоторые аспекты ваших взаимоотношений с мистером Максвеллом. Меня же интересует не это. Сейчас я хотел бы узнать о ваших отношениях с доктором Робертом Бертраном и мистером Джозефом Макинтайром. Итак, судя по вашим показаниям и по той информации, которая стала нам известна ранее в ходе судебного разбирательства, до того, как встретиться с Лоуренсом Максвеллом, вы поддерживали отношения именно с этими мужчинами. Напомните нам еще раз, в какой последовательности это было?
Вирджиния смущенно опустила голову.
— Вначале я встречалась с Джозефом, а потом с доктором Бертраном, — упавшим голосом ответила она.
Мейсон понял, что наступает кульминационный момент. Если помощнику окружного прокурора удастся переломить ход следствия, то все пойдет насмарку. Именно этого он боялся.
Обвинитель, действительно обратился к более болезненным и невыясненным до конца обстоятельствам, сейчас у Вирджинии не было никакой возможности получить помощь со стороны. Ей приходилось самой давать ответы на все вопросы. Но, хотя бы взглядом, Мейсон мог ей помочь.
Словно почувствовав его мысли, Вирджиния подняла голову и с надеждой посмотрела на Мейсона. Он ободряюще улыбнулся и едва заметно кивнул.
Вирджиния поняла намек и в дальнейшем каждый раз, когда помощник окружного прокурора задавал ей особенно трудный вопрос, украдкой бросала взгляды на своего адвоката.
Помощник окружного прокурора продолжал допрос.
— Значит, непосредственно перед тем, как начать роман с Лоуренсом Максвеллом, у вас были отношения с доктором Робертом Бертраном, — сказал он. — Как долго они продолжались?
Вирджиния на мгновение задумалась.
— Около семи месяцев.
Мессина кивнул.
— Хорошо. А теперь скажите суду, сколько времени прошло с того момента, как вы расстались с Робертом Бертраном и до встречи с Лоуренсом Максвеллом?
Вирджиния ненадолго задумалась.
— Около четырех месяцев.
Помощник окружного прокурора уцепился за эти слова, как будто именно в них заключалось совершенное Вирджинией Кристенсен преступление.
— Итак, — повысив голос, воскликнул он, — за это время вы пытались познакомиться с мистером Максвеллом. Вы постоянно искали встречи с ним в галереях, музеях, на приемах и вечеринках.
Это, действительно, выглядело, как обвинение, и Вирджиния недоуменно хлопала глазами. Мейсон почувствовал, что Мессина загнал его подзащитную в угол, откуда она не сможет выбраться без посторонней помощи. Поэтому он вскочил с места и, яростно вскинув вверх руку, воскликнул:
— Я возражаю, ваша честь! Обвинитель пытается воздействовать на чувства мисс Кристенсен. Он подталкивает ее к неверным умозаключениям.
Судья Кингстон, которая заинтересованно следила за ходом допроса, на сей раз приняла сторону обвинения.
— Господин адвокат, я не услышала ничего подобного. Ваше возражение отвергнуто. Обвинитель, можете продолжать.
Стук молотка возвестил о том, что над головой Вирджинии Кристенсен начинают сгущаться тучи.
Агрессивное поведение помощника окружного прокурора свидетельствовало о том, что он перехватил инициативу и теперь постарается не упустить ее.
— Я еще раз повторяю вопрос, мисс Кристенсен, — жестко произнес он. — Вы узнали от своего прежнего возлюбленного, доктора Роберта Бертрана, который был лечащим врачом Лоуренса Максвелла, о том, что у покойного миллионера было больное сердце. Это стало для вас побудительным мотивом к действию, и вы начали искать знакомства с мистером Максвеллом, пользуясь своими внешними данными. Это правда?
Услышав такую гневную обвинительную тираду, Мейсон поежился и словно вжался в кресло. Он не знал, что мог бы ответить на месте Вирджинии. Ситуация, по его мнению, усугублялась еще и тем, что подзащитная словно забыла о существовании своего адвоката и даже не взглянула в его сторону.
Но, слава богу, она ответила так, как было нужно.
