Круз ободряюще взял жену за руку.
— Как только заседание закончится, я сразу же увезу тебя отсюда.
Она устало прикрыла глаза рукой.
— У меня уже исчезло всякое желание что‑либо говорить. Я хочу сейчас только одного — побыстрее оказаться дома.
В этот момент дежурный полицейский распахнул дверь в зал заседаний и громко воскликнул:
— Все присутствующие для разбирательства дела Сантаны Кастильо приглашаются в зал заседаний.
Даже Джулия, которая все утро сохраняла спокойную уверенность в своих силах, сейчас выглядела взволнованной. Она озабоченно взглянула в лицо Сантане.
— Как ты себя чувствуешь? Ты готова к тому, чтобы продолжить?
Та нервно кусала губы.
— Не знаю. Наверное, да. Поскорее бы все это закончилось. Я больше не могу терпеть.
Джулия тяжело вздохнула.
— Ну, что ж, тогда пойдем в зал.
Сантана уже направилась за Джулией, но, увидев, что ее муж неподвижно стоит на месте, встревоженно протянула к нему руку.
— Круз, а ты придешь? Или, может быть, ты решил остаться здесь?
Отвлекшись от своих мрачных мыслей, Круз поспешно кивнул.
— Да, да, конечно. Я буду рядом с тобой, не беспокойся. Иди вместе с Джулией, я сейчас приду.
Он еще некоторое время задумчиво стоял в коридоре, а затем решительно направился к двери. Когда перед ним в зал заседаний вошел окружной прокурор, Круз, не скрывая своего презрения, демонстративно отвернулся. Взгляд его упал на Джину Кэпвелл, которая стояла у стены напротив. Мило улыбнувшись, она сделала Крузу ручкой. Он беззвучно выругался, еле шевеля губами, и, стараясь больше не задерживаться в коридоре, вошел в зал заседаний. Джина торопливо последовала за ним. Сантана уже сидела на своем месте рядом с адвокатом. Пока заседание не началось, Ник Хартли подошел к ней, наклонился и, поцеловав в щеку, прошептал на ухо несколько ободрительных слов. Она улыбнулась и благодарно посмотрела на него. Спустя несколько мгновений в зале заседаний появилась судья Уайли. Присутствующие встали, подождав пока она займет свое место. Ударом молотка миссис Уайли возвестила о продолжении судебного разбирательства.
— Итак, возобновляем слушание.
Подождав, пока шум в зале утихнет, миссис Уайли раскрыла папку с документами и, пролистав несколько бумаг, сказала:
— Во время перерыва имела возможность еще раз, более подробно, ознакомиться с материалами этого дела. Информации здесь вполне достаточно, однако, честно говоря, количество вопросов у меня не поубавилось. Все‑таки для меня остается слишком много неясного.
Она повернула голову к Сантане.
— Миссис Кастильо, подойдите ко мне, пожалуйста.
Сантана поднялась со своего места и, испуганно взглянув на сидевшего неподалеку окружного прокурора, заняла место для дачи показаний. Тиммонс выглядел встревоженно. Разумеется, ему было отчего испытывать беспокойство — любопытство и дотошность судьи Уайли ставили под сомнение исход дела согласно тому сценарию, который написал он, Кейт Тиммонс. Когда Сантана заняла свое место, судья продолжила:
— Видите ли, миссис Кастильо, ваши показания местами не совсем ясны. Я хотела бы узнать некоторые подробности, которые помогли бы прояснить картину происшедшего.
Сантана наклонила голову.
— Я слушаю вас, ваша честь.
Миссис Уайли еще раз пробежала глазами по тексту заявления, сделанного Сантаной после задержания, и, водя по нему пальцем, сказала:
— Вот здесь в наших показаниях вы ничего не говорите о том, с какой стороны вы ехали. Мне непонятно, то ли вы направлялись к мысу Инспирейшн, то ли ехали уже оттуда. Вы не могли бы уточнить, как все обстояло на самом деле?
Растерянно хлопая глазами, Сантана молчала. Она даже не предполагала, что такой вопрос может возникнуть. Собственно говоря, какая разница, с какой стороны она ехала? Но, очевидно, судья знала, что делает.
Миссис Уайли терпеливо подождала несколько мгновений, но, не услышав ответа, снова обратилась к Сантане.
— Вы готовы отвечать, миссис Кастильо? Вы хорошо себя чувствуете?
Окружной прокурор, который не сводил с Сантаны глаз, понял, что сейчас наступает кульминационный момент разбирательства. Вся дальнейшая судьба Сантаны будет зависеть оттого, как она ответит на этот вопрос. Таких деталей план Тиммонса не предусматривал.
Тяжело дыша, она прикрыла глаза рукой и опустила голову. Она была застигнута врасплох, и мысли ее метались, как спугнутые птицы. Чувствуя свое бессилие, Сантана уже готова была разрыдаться. Слезы снова проступили на ее глазах.
Весь зал замер. Сантана, как‑то нелепо размахивая руками, принялась объяснять. Говорила она сбивчиво, торопливо, еще сильнее укрепляя мнение судьи Уайли в том, что перед ней находится человек, не совсем уравновешенный. Как опытный судья, миссис Уайли уже много повидала на своем веку, и такое поведение обвиняемой для нее было более чем подозрительным.
— Ну, я ехала тихо… или, может, мне так казалось… В общем, я двигалась на юг…
Она вдруг умолкла и, виновато улыбнувшись, продолжила:
— Нет, нет, извините, ваша честь, я перепутала. Я двигалась на север вдоль прибрежного шоссе…
