— Я вспомнила, — нерешительно сказала она. — Да, я, кажется, все вспомнила. Кортни арендовала эту яхту. А вчера мы сумели сбежать от санитаров и добрались сюда на резиновом катере.
Перл радостно улыбнулся.
— Да, да, молодец, ты все вспомнила. Роулингс остался в дураках. Пусть они теперь попробуют схватить нас в открытом море. На борту мы в полной безопасности.
Келли вдруг снова изменилась в лице. С выражением крайнего беспокойства она стала метаться по каюте.
— Эй, эй! — воскликнул Перл. — Ну, что такое снова? Что тебе пришло в голову? Тебе не нравится ехать в Мексику?
Келли ошеломленно покачала головой.
— Нет, мой сон.
Перл доверительно обнял ее за плечи.
— Твой сон? Тебе приснилось что‑то ужасное, да? Я слышал, как ты бормотала во сне.
Едва слышно она произнесла:
— Мне было очень страшно, Перл. Я совершила что‑то ужасное. Я даже не могу пока вспомнить, что.
Она на мгновение задумалась. Перл молчал, стараясь не давить на нее. Он ждал, пока она сама что‑нибудь вспомнит. В этот момент на лестнице раздались шаги, и в каюту спустился Оуэн. Перл предостерегающе поднял руку и приложил палец к губам.
— Тс–с.
Мур растерянно замер у двери. Перл осторожно повернул девушку к себе.
— Келли, ты не должна так переживать. Всем снятся кошмары. Забудь об этом. Нет, еще лучше будет, если ты расскажешь мне обо всем. Твои страхи развеются, вот увидишь.
Она нерешительно взглянула на него.
— Перл, поверь мне, это было очень страшно. Иногда я боюсь себя больше, чем доктора Роулингса и больницы.
Он проникновенно посмотрел ей в глаза.
— Я знаю, ты боишься вспомнить, почему ты попала в эту больницу. Наверное, только что тебе приснилось что‑то связанное с этим.
Она кивнула.
— Да, меня трясет даже от одной мысли об этом.
Перл мягко улыбнулся.
— Может быть, я смогу помочь тебе?
Она снова бросилась в его объятия.
— Перл, — шептала Келли, — помоги мне. Я должна справиться с этим. Но в одиночку у меня ничего не получится.
Он прижал ее к себе.
— Теперь многое изменилось, Келли. Прежде ты была наедине со своим страхом. Но эти времена позади. Они не вернутся, никогда.
Из глаз у нее покатились крупные слезы.
Сантана размахивала клочками только что разорванного ею заявления.
— А почему бы и нет? — воскликнула она. — Я расскажу вам все, что случилось в тот вечер. Я ничего не утаю. Может быть, вы сочтете меня сумасшедшей, но я все равно не стану молчать.
Все вокруг пребывали в полной растерянности. Судья Уайли даже опустилась в свое кресло. Первой пришла в себя Джулия. Она подскочила к Сантане, и доверительно сказала:
— Погоди, не надо так торопиться. Может быть, тебя нервирует обстановка? Я попробую как‑нибудь уладить…
Но Сантана нервно взмахнула руками.
— Нет, я хочу, чтобы все знали правду. Сколько можно лгать и изворачиваться? Я уже устала от этого.
Джулия настойчиво обратилась к ней:
— Отлично, отлично, давай сначала выйдем в коридор, отдохнем и все обсудим.
Джулия повернулась к судье.
— Ваша честь, моей подзащитной нехорошо. Вы видите, в каком она состоянии. Я прошу у вас сделать перерыв.
Тиммонс поспешно подхватил:
— Ваша честь, я тоже присоединяюсь к этой просьбе стороны защиты. Миссис Кастильо надо успокоиться, она сейчас не в состоянии отвечать за свои слова.
Сантана оскорбленно вскинула голову.
— Со мной все в порядке. Почему вы считаете меня ненормальной? Я знаю, что говорю и целиком и полностью отвечаю за свои слова, вы просто боитесь того, что я сейчас расскажу.
Джулия подошла к судье и еще раз повторила:
— Ваша честь, я настаиваю на том, чтобы вы объявили перерыв. Моя подзащитная не в состоянии контролировать свои поступки.
Но судья неожиданно проявила упрямство.
— Мисс Уэйнрайт, хочу напомнить вам о том, что это предварительное слушание. Можно обойтись без всяких формальностей. Миссис Кастильо может решить сама, нужен ли ей перерыв или нет.
Джулия нерешительно посмотрела на подзащитную.
— Но, ваша честь…
Судья махнула рукой.
— Если вам нужен перерыв, то я, конечно, могу предоставить его. Если же в этом нет жгучей необходимости, тогда мы можем продолжить слушание дела. Я хотела бы узнать у миссис Кастильо, как она сама настроена.
Сантана энергично взмахнула рукой.
— Да, я готова продолжать. Мне хотелось бы побыстрее сделать признание.
Круз ошеломленно смотрел на жену. Ее состояние, нервное возбуждение сейчас внушали ему опасение. К тому же, она наглоталась таблеток и явно близка к нервному срыву. Однако, как ни странно, Сантана все еще держала себя в руках.
— Итак, господа, я прошу вас садиться, — сказала миссис Уайли. — Мы должны выслушать обвиняемую.
Тиммонс выглядел не просто встревоженным. Его щеки побледнели, губы пересохли. Он неотрывно следил за Сантаной, которая снова уселась на свое место.
— Той ночью, — дрожащим голосом начала она, — когда произошла авария на мысе Инспирейшн, я была не одна. Раньше я говорила, что находилась в машине одна, но это было не так. Я солгала. Я боялась сознаться.
Она опустила голову и прикрыла глаза руками.
— Мне было стыдно. Мне и сейчас стыдно. Но я уже перешагнула через этот рубеж.
