— Да, — согласился Перл. — И тем не менее, он снова пошел туда, где потребовались его способности. Но эти фанатичные поклонники Лили Лайт дошли уже до того, что стали запугивать его семью и забрасывать камнями его дом. Эмми очень боится. Думаю, что ее опасения не напрасны. Ты, наверное, неплохо представляешь себе, на что способна одурманенная толпа? Лили Лайт очень умело дистанцируется от своих сторонников, каждый раз заявляя, что не имеет к их акциям никакого отношения. Она однажды даже принесла публичные извинения Брику. Но на этом ничего не закончилось. Ее сторонники по–прежнему митингуют, а их фанатизм достиг уже непостижимых размеров. У меня такое ощущение, что, будь их воля, они бы просто растерзали Брика и твоего отца в придачу за то, что они не хотят закрыть казино.
— Но ведь они формально имеют право на этот бизнес?
— Да, закон при этом не нарушается, — подтвердил Перл. — Но ведь это не препятствие для фанатиков. Лили Лайт очень умело руководит ими и подогревает страсти. У нее здесь есть свой определенный интерес — она собирается построить на месте, где сейчас находится казино, храм во свою славу. Она вряд ли откажется от такой цели, даже если бизнес твоего отца вполне легален. Эта Лили Лайт, если задуматься, весьма тщеславная и коварная стерва. Ее ничто не остановит. А что касается Джины… Она инстинктивно чувствует зло, которое может совершить эта проповедница. По–моему, Джина решила своими способами справиться с ней. Но даже Джине далеко до этой твари. Твоя бывшая мачеха — ангел по сравнению с Лили Лайт. Послушай, — он неожиданно сменил тему, — а почему мы стоим с тобой здесь, на улице, если в трех шагах от нас — прекрасное открытое кафе? Пойдем, выпьем чего‑нибудь.
Келли обняла его за талию и прижалась к его плечу. — Пойдем, но тебе, кроме диетической кока–колы, ничего крепче нельзя.
Перл рассмеялся.
— А я и не собирался пить что‑нибудь другое. Мне еще предстоит довольно долгий путь в Санта–Барбару. Очень жаль, что ты не можешь отправиться со мной.
Вместо ответа Келли поцеловала его.
— Ничего, мы скоро встретимся. И после этого уже никогда не будем расставаться. Правда?
— Правда, — ответил он.
Они уселись за свободный столик в открытом летнем кафе и Перл поднял руку, подзывая официантку.
— Две диетических кока–колы, пожалуйста.
После этого Перл вдруг как‑то беспокойно заерзал на стуле и, дернув Келли за руку, шепотом сказал:
— Посмотри на соседний столик. Только оглядывайся не сразу, чтобы не привлекать к себе внимание.
Келли наклонилась к нему с заговорщицким видом.
— А что там такое?
— Это — супруги Добсон — авторы одного весьма известного телесериала.
Келли вытаращила глаза.
— Те самые?
— Те самые. Между прочим, весной они получили премию «Эмми» как авторы лучшей телевизионной постановки.
Келли осторожно оглянулась и посмотрела туда, куда показывал Перл.
За столиком сидела немолодая уже пара, оживленно обсуждавшая намечаемые подробности очередной серии.
До Келли и Перла доносились обрывки их фраз.
— Нет, мы должны убить его! Он вполне этого заслужил.
— Ну, хорошо. А кто тогда будет ее любовником?
— Я еще не придумала.
— И я еще не придумал.
— А что мы будем делать с нашей беглянкой?
— Ничего, пусть пока наслаждается вернувшейся к ней любовью. Серий через сорок вернем ее назад.
— А как же ее муж?
— Ему, между прочим, есть чем заняться. Пусть зарабатывает деньги и заботится о юной особе, которую мы поселили вместе с ним. Он, между прочим, получил опекунство. А если не захочет выполнять свои обязанности, то мы его опять нищим сделаем.
— А что наш герой–полицейский?
— Пока ничего. Думаю, что в этой серии ему вообще нечего делать. Пусть пока разбирается со своими женщинами.
— С какими женщинами? Я уже совсем запутался.
— Вечно ты все забываешь. У него же теперь новая возлюбленная, эта несостоявшаяся голливудская звезда.
— Какая же она возлюбленная? Он о ней уже позабыл.
— Да ничего не позабыл. Пусть побарахтается между трех огней. Ему полезно. А то мы его слишком уж каким‑то положительным сделали.
— Положительный герой всегда должен страдать.
— Вот именно. Пусть посомневается, помучается… А потом посмотрим, что с ним делать.
— А что насчет нашего окружного прокурора?
— Да отцепись ты со своим окружным прокурором. Не будет его в этой серии. Понимаешь? Не будет!.. У него есть дела и поважнее. Пусть роет компромат на нашего доблестного полицейского…
— Ничего не понимаю! Так что же будет в этой серии?
— Любовь! Пусть будет любовь!
Перл сочувственно покачал головой.
— Да, тяжела жизнь сценариста. Им все время нужно что‑то выдумывать.
— Зато в этом есть и положительная сторона, — сказала Келли. — Они могут распоряжаться чужими жизнями, как захотят. И при этом, у них совершенно чистые руки и спокойное сердце.
Перл, уже в который раз, был вынужден признать, что Келли не откажешь в проницательности.
— Да, — протянул он. — Распоряжаться чужими жизнями лучше всего на бумаге. Во всяком случае, ничем не рискуешь. Правда, нельзя делать опрометчивых шагов.
— Например?
