Надо отметить, что давали нам в первую очередь практические знания, началось все с толовых шашек, которые различались по весу: 75 г, 100 г или 200 г. Сначала нам объясняли, что шашка собой представляет, потом показывали, как она вставляется в маленький ящичек, это было 75 г, вставляется капсюль-детонатор, со всеми пружинами, объясняли, как и что делается, чека маленькая, как только наступаешь, то такая мина подрывается моментально. Ноги нет, если 200 г, а если 75 г — то полноги нет или полруки. И тут же к дереву привязывали шашку, вставляли бикфордов шнур, мы отходим на 50 метров, и взрывают 200 г, все — дерева нет. Елки зеленые, от 100 г половины дерева нет, а от 75 г узкое маленькое деревце сносится. Показывали и объясняли, как использовать бикфордов шнур. Инструктора объясняли, что он используется прежде всего для того, чтобы сделать удлиненный заряд, тут было очень важно вставить шнур правильно, 100-граммовые толовые шашки привязываем на палку, сверху шнур, с одной стороны вставляем запал, все как полагается. И вот когда подрывается одна толовая шашка, то взрываются одновременно все. Мы спросили инструктора:
— А для чего это?
— А для того, чтобы проволочные заграждения полностью поднимать в воздух.
Кстати, инструкторы у нас были великолепно знающие свое дело, они каждые полмесяца писали на фронт, чтобы их отпустили, но не пускали их, и все. И лейтенанта — тоже, который нас сманил, он был хороший и толковый парень, пел замечательно. И так занятия проходили каждый день, кроме толовых шашек мы изучали наши мины, которые хранились в деревянных ящиках небольшого размера, кстати, в противотанковых минах было по 5 кг тола. Потом пошли противотанковые немецкие мины, TMi-43, затем особое внимание мы уделяли немецким «шпрингель» — минам, так называемым «прыгающим». У них было трое усов, расположенных друг к другу под углом в 60 градусов, ее немец любил устанавливать следующим образом: сначала натягивали проволочку или нитку на усы, и где-то в пяти метрах забивали колышек и привязывали эту проволочку к колышку. Только человек дернул за натяжку, мина сразу выскакивала и поднималась от земли на 1,5 метра, внутри у нее было 300 шариков различных, т. е. в итоге человек обязательно или убит, или ранен тяжело. Обезвреживаются такие мины довольно просто, но есть риск, потому что иногда немцы делали донный взрыватель, ты должен проверить. Но разве есть время при настоящем разминировании заниматься этим. На фронте помогало только то, что немцы были, как правило, ленивы в этом плане, поставил 100 мин, с донным взрывателем делает только 101-ю. Так что мы вскоре вычислили эту немецкую особенность. И нам объясняли, что если вдруг случайно ты зацепил или, скорее, наступил на такую мину, то если успеешь лечь, тебя не зацепит. И на фронте бывало, что знающий сапер успевал прижаться к земле, когда наступал. Эти шарики шли по наклонной к земле, конусом таким, так что если сразу упал, то можешь целым остаться. Вот свои противотанковые мины немцы часто ставили на донный взрыватель, и мы, пожалуй, как и учили нас инструкторы, такие мины старались каждый раз проверять на донный взрыватель. Еще нам рассказывали о минах затяжного действия, когда взрыватель закручивается, оттягивается специальным образом, нужно для взрыва такой мины давление в 50 кг, машина может проехать по ней спокойно, а вот гусеница танка только надавит, и все, сразу взрыв. И когда солдат наступает, такая мина не взрывается. Тут, конечно, нельзя торопиться, сильно поднимать нельзя, тихонечко все это делаешь. И знаете, один раз я нарвался на такой взрыватель, ой, как я его тихонечко вывинчивал. Кстати, плохо очень вывинчивался, судя по всему, немецкий сапер специально не вкрутил, а забил его, чтобы резьбу сбить, и было невозможно вывинтить взрыватель. Но мне все-таки удалось мину обезвредить в итоге, хотя попотеть пришлось с вывинчиванием.
Вот устанавливать мины нас учили обычным способом. Противотанковые мы ставили на расстоянии 1–2 м друг от друга, следующий ряд в шахматном порядке. Противопехотные нас учили устанавливать на расстоянии в 1 м, также в шахматном порядке. На фронте мы обязательно приносили схему установки мин с указанием ширины, глубины поля и основных ориентиров. Причем такие карты делались у нас обязательно в двух экземплярах, один оставляли себе, второй передавали командиру стрелковой части.
Щупом нас учили пользоваться капитально, у меня всегда с собой он был на фронте. Кроме того, мы также носили всегда с собой маленькую такую проволочку, чтобы, когда разминируешь наши мины, там есть специальная дырочка, я должен туда вставить эту проволочку, а потом спокойно снимаю мину, вытаскиваю взрыватель, выбрасываю толовую шашку, капсюли вывинчиваю и складываю в каску. Кроме собственно саперного дела, стрелковые занятия у нас проводились, но мало, вообще же мы все там были фронтовики, сами умели стрелять. Также на учебе нам рассказывали о такой кирасе, которую нам выдадут для защиты от пуль, но саму ее мы так и не увидели.
