Сапфир полностью

– Я никогда не завидовал тебе, Гронидел, но сейчас у меня появился повод пожурить себя за недальновидность. Знай я, насколько необычная и интересная женщина скрывается под именем туремской принцессы… – он не договорил и приблизился к брату.

Желваки заиграли на лице ее мужа.

– И что бы ты сделал?

– Поступил бы по-другому, – ответил король и подмигнул рассерженному брату.

Марк вернулся к трону и на этот раз занял его.

– Через пять дней мы устроим пир в честь твоей женитьбы на несравненной туремской принцессе.

– Пять дней – слишком долгий срок, – покачал головой Гронидел. – Мы пробудем здесь не более трех дней и вернемся в замок Света.

– Ты дома и без того редко бываешь, – голос короля сочился возмущением. – Останешься на неделю, с тебя не убудет. Более того, я уверен, что Сапфир захочет дождаться, пока лучший мастер Зальтии изготовит для нее доспехи по плечу, кои достойна носить прекрасная принцесса-воительница.

У Сапфир по спине побежал холодок. Никто прежде не называл ее так. Лишь она сама в собственных мыслях могла похвастать подобным словесным оборотом.

Гронидел повернулся к жене и отрицательно покачал головой:

– Не стоит утруждаться. Я закажу ей доспехи в Туреме, если она, конечно, захочет их носить.

– Туремские мастера не умеют делать легкие доспехи для женщин. А зальтийские знают в этом толк. Но решать, безусловно, не нам с тобой, а прекрасной принцессе Сапфир. Чего хотите вы, моя дорогая невестка?

Король и муж уставились на нее с нескрываемым интересом. Сапфир понимала, что каждый ждет от нее своего ответа. Обещание сделать доспехи казалось весьма желанным, но с чего бы это Марку угождать ей? Она – кость в его горле, что нарушила стройные планы женить брата на королеве Ошони. Так с чего вдруг столько внимания и заботы?

– Ваше предложение весьма заманчиво, – она изящно поклонилась, – но на моем супруге лежат важные заботы в замке Света, куда мы должны вернуться не позднее чем через неделю. Боюсь, веселый пир в нашу честь и изготовление доспехов придется отложить до следующего визита в Солнечный замок.

Король прижал пальцы к подбородку, явно размышляя о чем-то своем.

– Тогда решено! – в конце концов сообщил он. – Пир состоится через четыре дня, а мастера я потороплю сделать все как можно быстрее. И вы, – он развел руками, – сможете вернуться в замок Света через неделю.

Король встал и указал рукой на воительницу в зеленом платье:

– Миа, дорогая, проводи принцессу Сапфир в Мераг и познакомь со старшей смотрительницей. Пусть дера Луви́ обо всем позаботится.

Девица сдержанно кивнула и подошла к Сапфир.

– Мы с женой будем ночевать в моей комнате, – обронил Гронидел.

– Пусть так, но удобство ее пребывания в этом месте я доверю дере Луви и Мерагу, которому она отныне принадлежит. – Король подошел к Сапфир и аккуратно взял ее за руки. – Из мужчин лишь я, король Зальтии, вправе переступать порог Мерага, что защищает всех женщин нашего двора, – он ласково улыбнулся и отпустил ее руки. – И вы вправе сама решить, где вам удобнее будет ночевать.

– Я приду за тобой к дверям Мерага чуть позже, – озвучил Гронидел. – Не волнуйся, тебя ко мне позовут.

Сапфир кивнула, поклонилась королю еще раз и последовала за девой-воительницей в зеленом платье.

– С годами ты не меняешься, – произнес Гронидел, как только Сапфир ушла. – Что задумал на этот раз?

– Пустяковая игра, – махнул рукой брат. – Твоя жена слишком часто краснеет при словах «прекрасная» и «воительница». Будь ты в нее влюблен, искупал бы в лести и потакал ее маленьким шалостям, к которым она, вне сомнений, склонна. Это избавило бы ее от смущения в ситуациях, когда ей делают навязчивые комплименты. Но ты не сделал ничего, чтобы покорить ее сердце и привязать к себе, а значит, – брат хитро на него взглянул, – имела место сделка, в выгоде которой она до сих пор сомневается. И, должен сказать, – он пожал плечами, – правильно делает!

– И почему ты решил, что между нами нет чувств?

Марк высокопарно поднял руку и указал на брата.

– Смотря о каких чувствах речь. Похоти между вами хоть отбавляй: это заметно по тому, с каким плотоядным обожанием вы друг на друга смотрите. Но любви нет и быть не может, ведь ты не умеешь любить никого, кроме себя самого.

– Ты не знаешь меня и не можешь об этом судить, – сквозь зубы прохрипел Гронидел.

Марк подскочил на ноги и подошел к брату.

– Я один из немногих выживших, кто знает тебя настоящего. Поверь, твоей жене не понадобится много времени, чтобы рассмотреть под смазливой личиной кусок льда, которым ты являешься.

Гронидел сжал кулаки, борясь с желаем от души проехаться по лицу старшего брата.

– Как бы там ни было, портить отношения с королевой Рубин и ее мужем из-за твоей выходки я не стану, – продолжил Марк. – За королеву Ошони ручаться не буду: девчонка слишком юна и порывиста. А отмену нашей брачной сделки она восприняла как личное оскорбление. Будь осторожен, Гронидел. Обиженная женщина способна доставить слишком много проблем.