– Тогда как ты оказалась помолвлена с ним? – Ами удивленно посмотрела на меня снизу вверх.
– Вскоре решила, что первое впечатление было ошибочным, – я снова пожала плечами. – Он будто знал, что говорить и как себя вести, чтобы я постепенно изменила свое мнение. Возможно, так и было.
– Что ты имеешь в виду? – я встретилась взглядом с Хакимом, задавшим вопрос.
– Возможно, мои родители предоставили ему нужную информацию.
Я замялась, не зная, стоит ли говорить о том, что узнала по дороге к Верике.
– Скажи, – попросил Хаким, – это может быть важно.
– Сомневаюсь, что это ценная информация, – я грустно улыбнулась. – В дороге мы с Марком ссорились, я напомнила о расставании, а он… он сказал, что это дело решенное и мой отец уже отдал меня ему. Словно я какая-то вещь.
В комнате повисла тишина, и я опустила взгляд, не зная, куда деться от мерзкого чувства, которое вызвало одно лишь воспоминание о тех словах.
– Лив, – не обращая ни на кого внимания, словно мы были одни в комнате, Хаким коснулся моей щеки. – Прошу, посмотри на меня.
Я подняла глаза.
– Я лично вобью каждое проклятое слово обратно ему в глотку, – от его серьезного тона температура в комнате упала на несколько градусов. – Но не забывай, что те люди не были твоими родителями. Уверен, твой родной отец никогда бы даже не подумал о таком.
– Но мы не знаем, кто мои настоящие родители. Может оказаться, что они ничем не лучше тех, кто растил меня все эти годы.
– Это невозможно, – от улыбки Хакима по-прежнему сбивалось дыхание. – И мне не нужно личное знакомство с ними, чтобы знать: они хорошие, достойные люди. Достаточно взглянуть на тебя, Лив, услышать биение твоего сердца.
Каждое его слово находило отклик в моей душе, и мне казалось, что я вот-вот расплачусь.
– Не вздумай плакать, – Хаким шутливо коснулся кончика моего носа. – И не переживай, мы обязательно найдем твою семью.
– Она у меня есть, – искренне сказала я и обвела взглядом комнату. – Вы все моя семья. Когда я очнулась в этом мире, то думала, что моя жизнь кончена. Но оказалось, что до всего этого я и не жила вовсе.
– Проклятье, Лив, – простонала Ами. – Тебе так скучно лить слезы одной, что ты решила нас всех довести?
Я рассмеялась.
– Подловила, – я подмигнула, а она в ответ скорчила рожицу.
– Дети, – умильно произнес Каик, но тут же откашлялся и продолжил уже серьезнее: – Кхм, нужно решить, что стоит рассказывать Мэроку, а что нет.
– Мне не нравится возможная связь этого слизняка с Орденом, – Брайс нахмурился. – Хак, мы не раз доверяли Мэроку даже свои жизни, разве мы можем сомневаться в нем сейчас?
– У нас слишком мало сведений, – ответит Хаким. – Мы знаем лишь, что кто-то затеял очень серьезную игру, а в подобном никогда не обходится без влиятельных людей. Я готов доверить Мэроку свою жизнь, но не жизнь любимой женщины.
Каждый раз, когда Хаким произносил «любимая», мне нестерпимо хотелось зацеловать его.
– Не забывайте, Мэрок считает Лив моей племянницей. Мы не можем пока раскрыть ему всей правды. А значит, не можем рассказать и про Марка.
– Может, лучше вообще не говорить, что Лив очнулась? Пусть думают, что она все еще борется за жизнь.
– Ами дело говорит, – кивнул Брайс.
– Я не хочу прятаться.
– Лив…
– Нет, пусть они узнают, что их план провалился, – я посмотрела на Хакима в поисках поддержки. – Что нам дадут эти несколько дней?
– Ничего не дадут.
– Хак!
– Пока мы здесь, они не рискнут действовать, Брайс. А новость о том, что Лив выжила, сможет немного усмирить их пыл. Но мне будет немного жаль, если слизняка кто-то прикончит раньше меня из-за его провала.
Кажется, за Марком прочно закрепилось новое прозвище.
– Все еще не понимаю, как он тут оказался, если существует запрет на подобные путешествия, – меня раздражало, что у нас нет совершенно никакой информации. – И почему не убил меня раньше, в том мире, ведь у него было столько возможностей. Если я так мешаю кому-то, зачем было больше года изображать влюбленного.
– Любой запрет можно нарушить, если иметь достаточно влиятельных покровителей, – пожал плечами Брайс. – А убивать тебя, возможно, не входило в их первоначальный план. И Каик прав, мы не можем рассказать Мэроку все как есть.
С моих губ сорвался нервный смешок.
– Снова будем врать ему? – мой вопрос был обращен скорее в воздух, чем к кому-то конкретному. – Меня уже тошнит от этой нескончаемой лжи, от всех этих игр.
Повисла тишина, и я успела пожалеть о своей вспышке.
– Мэрок будет только вечером, так что мы еще успеем обсудить детали, – вдруг сказал наставник, поднимаясь с кресла.
– Каик… – я хотела сказать, чтобы они не уходили, но мне не дали.
– Тебе нужно отдохнуть, Лив, – поддержал его Брайс, помогая Ами встать с пола. – Набирайся сил, а мы зайдем позже.
– Ами?
– Отдыхай, красотка, – она улыбнулась и клюнула меня в щеку, прежде чем покинуть комнату.
– Пусть уже отсохнет мой язык, – вздохнула я.
– Лив, все в порядке, – Хаким зарылся носом в мои волосы. – Если бы я только мог, то в ту же секунду нашел ответы на все вопросы.
