Встав на носочки, я снова прижалась к его губам, вкладывая в поцелуй весь ураган чувств, который бушевал внутри меня, и получая взамен еще больше. Гораздо больше, чем я когда-либо могла желать.
Когда мы зашли в гостиную, намереваясь лично проводить Сайю, оказалось, что она уже убежала домой. Брайс смог вылечить ее руку, благо обошлось без серьезных повреждений, иначе на это бы потребовалось больше времени и еще несколько дней на восстановление.
– Каик и Ами практикуют ментальную в кабинете на втором этаже, – сообщил Брайс.
– Мы прогуляемся в город, – Хаким взял меня за руку и потянул к выходу. – К ужину вернемся.
– Почему мне кажется, что вы собрались туда не просто так?
– Хотим поговорить с отцом Сайи, – ответила я уже у двери, стараясь успеть за одним необычно шустрым магом. – Хаким, куда ты так торопишься? Бежим как на пожар.
– Не упущу возможность побыть только вдвоем. Пусть даже по не самому приятному поводу.
С таким аргументом было трудно спорить. Особенно когда на крыльце, едва закрылась дверь, тебя снова целуют и самым бесстыдным образом забираются под платье, проводя пальцами от бедра до ягодицы.
Кажется, кто-то поверил, что я здорова. Наконец-то!
Да, от ран остались жуткие следы на животе и груди, но Брайс заверил меня, что со временем они исчезнут. Сказал, что мази, которые он приготовил для меня, не оставят даже пятнышка на коже, если неукоснительно следовать его инструкциям.
И в назидание, словно маленькому непослушному ребенку, Брайс показал мне свой шрам, который, по его словам, не обрабатывали должным образом – круглая отметина на боку, которую он с гордостью называл личной луной.
– Хаким! – я возмущенно, но игриво шлепнула по его наглой руке и сбежала вниз по ступенькам, глупо хихикая, словно влюбленная школьница.
Далеко убежать мне не дали. Этот наглец догнал меня в несколько шагов, подхватил на руки и закружил.
– Поймал, – он широко и счастливо улыбнулся.
– Скорее, попался, – весело подмигнув, я снова прижалась к его губам.
– Если ты продолжишь меня так целовать, до города мы не доберемся, – предупредил Хаким тоном, от которого я тут же вспыхнула.
Он поставил меня на ноги, и мы наконец отправились в путь, взявшись за руки.
Я наслаждалась каждым моментом нашей небольшой прогулки, во время которой мы были просто собой. Двое влюбленных, которым сложно оторваться друг от друга. Из-за частых остановок для поцелуев дорога до города заняла больше времени, чем обычно, но мы не жаловались.
Таверна Трима – именно так звали отца Сайи – находилась не в самом дешевом районе, но и не в самом дорогостоящем, расположившись примерно между рынком и центральной площадью с модными лавками.
Рассматривая незатейливую деревянную вывеску: «У Трима», я не сразу заметила, что дверь таверны распахнулась. А потом я сорвалась с места, когда увидела Сайю, бегущую мне навстречу.
– Сайя, – я подскочила к девочке и мгновенно оказалась в ее объятиях. Хрупкое тельце сотрясалось от тихих рыданий. – Милая, что случилось?
Она не успела ответить. Из распахнутой двери на улицу выскочил разъяренный Трим.
– Ты! – взревел он и направился в нашу сторону. Я быстро завела перепуганную Сайю себе за спину. – Уйди с дороги. Сам разберусь с этой мерзавкой.
Он потянулся ко мне, видимо, чтобы отодвинуть или оттолкнуть, но не успел даже коснуться меня. Трим взвыл на всю улицу, когда Хаким заломил ему руку.
– Не вздумай тянуть к ним свои руки, если не хочешь их лишиться, – отрезал он, не ослабевая хватки. – Пойдем. Нам с тобой есть что обсудить.
Я облегченно вздохнула, когда Хаким увел этого подонка внутрь таверны, и снова повернулась к Сайе. И сразу заметила отметину на ее щеке.
– Ох, милая, – вздохнула я. – Не нужно было отпускать тебя сегодня. Знала ведь, что ты умолчала о своей руке.
Девочка всхлипнула.
– Прости, Лив, – сказала она, заикаясь из-за рыданий. – Я не хотела врать тебе. Мне было страшно.
– Понимаю, – я ободряюще ей улыбнулась. – Но запомни вот что. Если тебе когда-нибудь еще будет страшно, неважно по какой причине, обязательно расскажи мне, Хакиму, Ами, Каику или Брайсу. Договорились?
– Да, – Сайя кивнула. – Но я сама виновата, что папа так разозлился.
– Почему ты так говоришь?
– Вчера он сделал мне больно, потому что я весь день провела у вас. А сегодня – потому что рассказала, что Брайс вылечил мою руку.
Мне потребовалось все самообладание, чтобы сохранить спокойствие.
– Милая, запомни раз и навсегда. Твоей вины тут нет, – я смотрела ей в глаза, отчаянно желая донести эту мысль. – Никто не имеет права поднимать на тебя руку. Никто и никогда.
– Но я же…
– Нет, Сайя, – тон был строже, чем я планировала, но это даже к лучшему. – Ни при каких обстоятельствах никто не смеет бить тебя.
– Лив… – девочка замялась, явно не зная, как что-то у меня спросить.
Я коснулась ее подбородка и ободряюще улыбнулась:
– Ты можешь сказать мне все что угодно.
Сайя посмотрела на меня своими перепуганными, полными слез глазами и протараторила буквально на одном дыхании:
– Я боюсь оставаться тут. Можно мне сегодня переночевать у вас?
