– Ну ты же обещал, что мы сегодня вечером пойдём гулять? – обиженно заявила Юля, зная, что когда Саша идёт гулять с своим другом Мишей, то это не кратковременное событие.
– Не переживай, пойдём вечером гулять, я не долго с ним буду играть в боулинг, – сказал Саша, закончив есть булку с маком, встал и направился в коридор, в котором помимо вешалки для верхней одежды лежали 2 распакованные коробки и 4 пары обуви.
– Я бы не волновалась, если бы ты не шёл с Мишей, после встреч с которым ты нередко возвращался пьяным домой, а я не люблю общаться с пьяными людьми, когда трезвая.
– Да там было всего 2 раза, на которых повод был значительный, я не мог не выпить за его здоровье. Ну всё, давай, до вечера.
– До вечера, – сказала Юля, поцеловала Сашу в губы и закрыла за ним дверь.
– Саша, готов на службу возвращаться после отпуска то? – спросил майор Захаров, толстый мужчина 50 лет, лысый в военной зелёной форме без наград и украшений на груди. Он, стоя за столом, смотрел в отчёт, поданный Александром Майтановым, который сообщал об медицинской ошибке при первоначальной экспертизы состава крови пациента.
– Так точно, товарищ майор, – отрапортовал одетый на гражданский манер Майтанов, находясь в стойке смирно.
– Да расслабься, садись, важные вещи мне тебе нужно сказать, – сказал Михаил Иванович, развалившись в кресле и указывая стул своему подопечному. Саша уселся напротив майора и немного занервничал, уж больно печальный вид имел его начальник.
– Мне на днях пришёл приказ, что тебя переводят в другую часть, – продолжил майор Захаров, барабаня пальцами по покрытому замшей столу, – в другой город. Я хотел тебя здесь оставить, но не в силах это сделать. Ты зарекомендовал себя с лучшей стороны, вот тебя и отправляют в город N.
– И когда мне надо будет отбыть? – спросил Саша грустным голосом. Дело в том, что он не хотел расставаться с товарищами, – и можно ли мне будет с девушкой уехать?
– В течение недели тебе сообщат, а девушке с собой нельзя будет забрать, – Михаил Иванович нервничал. Он встал из-за стола, достал из шкафа бутылку водки и две стопки, которые тут же наполнил до краев огненной водой и предложил одну из них Саше.
Майор Захарченко был одним из тех служак, которые видят в службе в армии помимо защиты Родины ещё и дружбу, братство, счастье, поэтому заботился о своих подчинённых и сильно к ним привязывался, много с военных требовал из любви, стараясь сделать их лучше.
– За здоровье.
– За здоровье, – согласился Саша и, чокнувшись стопкой, опорожнил в себя водку. – Вы меня, признаюсь честно, пугаете, что страшного может со мной произойти?
– Дело в том, что 146 часть – твоя будущая мать – может в скором времени мобилизоваться и отправится в страну Z, там намечается нешуточный конфликт, который только силой можно будет урегулировать.
– Мда, вечно там всякие войны идут, – согласился с командиром Саша, мрачнея в лице.
– Это я хотел тебе сказать… А нет, не всё, приходи послезавтра в субботу вечером попрощаться нормально со всеми, – протянул руку, чтобы попрощаться Михаил Иванович.
– Да, я обязательно приду, – сказал Майтанов, попрощался и вышел в коридор.
Саша негромко шагал по каменному полу, поглядывая на деревянные двустворчатые двери, на которых прикреплены золотого цвета таблички с названием отдела, человеком, заведующим отделом. Ему попадались по пути солдаты, люди в гражданском, коих было большое количество, от аутофобии бы никто не умер.
Саша прошёл коридор, дважды свернув налево, затем начал спускаться по широкой лестнице, у которой вместо обычной стены на лестничных площадках имелись толстые двуслойные стёкла, которые никак не прошибить человеку. Спустившись, Майтанов очутился у регистрационного пункта, находящегося возле входной двери. Саша показал свой пропуск проверяющему – молодому безбородому коротко стриженному солдату, который тщательно изучал документ, чтобы не ошибиться. Саша уже начал было злиться, но тут же получил обратно свой пропуск, поэтому с мыслями о словах майора вышел во двор. В нём располагались прямо у главного здания штаба – из которого только что вышел Майтанов – небольшая часовня, построенная самими военнослужащими, позади неё находилась площадь для обучения манёврам, построении. Перед церквушкой тянулась простенькая аллея с одиноко растущими липами. К ней примыкали стоящие друг напротив друга здания: главный штаб, спортивный зал, казармы, крытый полигон, кухня, ещё одни казармы. Вся площадь части была обнесена высокой 3-х метровой бетонной стеной с колючей проволокой на вершине. Въезд в двор был один и охранялся 4 дежурными, стоящими около шлагбаума с боевыми на руках. Саша подошёл к проверочному пункту – будке с человеком внутри – дал военному пропуск через окошко и, получив на разрешение, покинул территорию части.
