Юноша был слишком открытым и доверчивым, а она видела плохо скрываемое ехидство на лицах Амоса, Джеда и Брока. Никки вспомнила, что у самой нее в юности не было друзей. Непреклонная мать Никки заставляла ее работать на улицах во имя Имперского Ордена, следовать учениям брата Нарева и презирать тяжелую работу и успехи отца. Никки не понимала дружбы и не хотела ее. Дружба была чужда ей, хотя она сблизилась со своими компаньонами.
Она заговорила так тихо, что расслышать ее мог только Натан:
— Может, он не захотел смотреть на то, что собираются сделать волшебники... и на то, как мы пытаемся помешать им.
Небо было пасмурным, но росчерки серых облаков несли только сумрак, а не дождь. Звон колоколов продолжал разноситься по городу, отражаясь от многоуровневых стен. Никки ощущала потрескивающее в воздухе напряжение, смесь восхищения и ужаса.
— Никто не сообщил нам, — сказал Натан. — Может, мы не приглашены.
Никки не собиралась позволить кому-то себя остановить.
— Мы сами себя пригласим. Идем, волшебник.
Прищурив лазурные глаза, Натана рассматривал людей, взбиравшихся по крутым улочкам на верхний уровень плато и толпившихся возле основания пирамиды.
— Я верю в твою правоту, моя дорогая колдунья. Я и без дара могу ощутить изнеможение в воздухе.
Никки заправила за ухо прядь светлых волос и решительно пошла вперед.
— Мой дар при мне, но какая от него польза, если я буду бездействовать? — В горле у нее пересохло, и голос был хриплым. — Я не могу просто стоять и смотреть.
— Я помню мощь твоего дара, — сказал Натан, — но если ты будешь действовать необдуманно, то против нас ополчится весь город. Мы потерпим поражение, а то и вовсе погибнем. Ты знаешь, на что способны волшебники Ильдакара — ты видела, как Максим обратил того мятежника в камень.
Никки не замедлила шаг.
— Но они не видели, на что способна я. Члены совета и одаренные дворяне никогда не испытывали того, что испытала я.
— Действительно. — Натан ускорил шаг, чтобы не отстать. — Я помогу, чем смогу.
Они присоединились к тесной толпе на вершине плато. Хорошо одетый мужчина нес чашу с виноградом на сгибе правой руки, отщипывал одну фиолетовую ягоду за другой, высасывая их и сплевывая косточки.
Никки почуяла едкий запах пота и резкий аромат духов. У мужчин были намасленные волнистые волосы и нарукавные повязки, контрастирующие с цветом их шаровар и поясов. Короткие плащи и манжеты длинных одеяний были украшены полосками экзотического меха. Женщины нарядились в платья с пышными юбками, будто собрались на праздник. Колокола с дюжины высоких башен отбивали нестройную металлическую мелодию, которая разносилась по всему городу.
Никки целеустремленно скользила среди неторопливо бредущих людей, а Натан старался не отставать.
— Добрые духи, — пробормотал он, когда они достигли широкого основания ступенчатой пирамиды и их захлестнуло нарастающее волнение зевак. — Должно быть, мы увидим магию крови, колдунья — волшебники собирались использовать ее. Думаю, здесь будут убийства. Много.
— Может, они и попытаются, — сказала Никки.
Толпа расступилась, когда члены совета медленно приблизились к пирамиде. Возглавляли процессию Тора и Максим, которых словно разделяла ледяная стена. И все же они оставались партнерами по использованию могущественной магии, что защищала город. На Торе было сапфировое платье с отделкой из пушистого серого меха, а Максим выбрал длинный гранатово-красный плащ, подбитый белым мехом с серыми вкраплениями, напоминавшими пепел на чистом снегу. Эти двое не смотрели друг на друга и не удостоили взглядом Натана и Никки, когда проходили мимо.
За ними шли члены палаты, которые смотрели только вперед с серьезными выражениями на лицах: повелитель плоти Андре, главный укротитель Айвен, немолодая Эльза в фиолетовом одеянии, темнокожий Квентин в балахоне цвета охры и с золотым амулетом на груди, Деймон с взлохмаченными черными волосами и длинными усами.
Эльза бросила на Натана неловкий взгляд и коротко улыбнулась, а затем повернулась к Квентину и пробормотала:
— Неправильно делать это без Ренна. Мы должны были дождаться его возвращения.
— Он может никогда не вернуться, — тихо ответил ей Квентин, когда они проходили мимо Никки и Натана. — Палата волшебников может обойтись и без него. Ренн слишком ненадежен. Я не уверен в его преданности с тех пор, как Лани попробовала захватить власть.
Эльза выглядела потрясенной.
— Ренн всегда был преданным членом верховного совета!
— Как скажешь, — ответил Квентин, когда они уже почти покинули предел слышимости. — Но как только поднимется саван, ему придется остаться снаружи, пока мы не впустим его обратно. И я надеюсь, что магия крови подарит нам как можно больше времени.
Тора и Максим взошли по каменным ступеням на вершину пирамиды и повернулись лицом к толпе. Пять советников поднялись следом и остановились возле странного устройства на верхней платформе, состоявшего из сверкающей полусферы на каркасе и кварцевых призм на вершинах металлических стержней.
