Никки пыталась встать на четвереньки, чтобы уползти. Джегань избивал ее гораздо хуже, чем сейчас, и она выжила. Адесса, словно молотом, взмахнула кулаком в боевой перчатке и ударила Никки в висок. Зрение Никки заслонила черная паутина. С каждым вдохом она словно глотала огонь, смешанный с разбитым стеклом. Она качалась, но отказывалась падать. Из ее рта и носа лилась кровь.
Удары на мгновение прекратились, и Никки увидела, как Адесса подобрала с пятачка льда свой короткий меч. Никки, покачиваясь, пошла к стене, чтобы удобнее было защищаться.
Искрой своего дара она превратила одну из плиток перед Морасит в раскаленный докрасна квадрат, который замерцал и расплавился, но воительница перепрыгнула через него.
Адесса подкрадывалась к ней со слабой улыбкой на губах, как хищник, готовый повалить свою добычу. Она обернулась к Торе.
— На сколько кусочков порезать ее для вас, властительница?
Тора спустилась с помоста, выглядя выше из-за окружавшего ее дара. Она превратила свой хань в потрескивающую бурю, которая испугала остальных волшебников в зале — даже Максима.
— Ты сделала достаточно, Адесса. Я сама закончу с ней.
Никки собралась с силами, чтобы дать отпор. Волны боли прокатывались по всему ее телу. Послушная Морасит просто стояла молча и наблюдала, грозная и устрашающая.
Никки с вызовом посмотрела на властительницу:
— Мой бой был вовсе не с Адессой. — Никки призвала дар, наращивая мощь магии.
— Ты осмелилась бросить мне вызов, — сказала Тора. — Пришло время избавиться от тебя. Вывалить тебя, как ночной горшок, чтобы никто…
Она махнула рукой в сторону, и стена воздуха врезалась в Никки с невероятной силой, отталкивая ее в десять раз сильнее, чем раньше.
— …больше…
Тора ударила еще сильнее. Никки потащило к стене; она пыталась собраться с силами и выставить щит.
— …не посмел бросить мне вызов…
Тора использовала обе руки, а Никки была слишком слаба, чтобы отразить последний сокрушительный удар.
— …вновь!
Никки отразила лишь крупицу магии, прежде чем масса твердого воздуха ударила в нее тараном, толкнув назад и вверх. Ее тело выбило окно высокой башни, и Никки вылетела в бездонную пропасть ночи.
Даже после многих лет изучения архивов Твердыни Оливер за несколько месяцев путешествия по Древнему миру узнал больше, чем вычитал из книг. Он и Перетта впитывали детали доселе неведомых им пейзажей, пробираясь через горы к морю, а затем во время плавания на север к захватывающим дух городам.
И вот, наконец, эти двое отправились домой, переполненные впечатлениями.
Капитан Норкросс с пятьюдесятью солдатами остался в бухте Ренда, чтобы помочь жителям построить оборонительные укрепления, изготовить оружие и подготовиться к отражению атак с моря. Глава города Таддеус задыхался от благодарности:
— Норукайцы непременно вернутся. Так всегда бывает. Мы отбились и, может быть, немного их потрепали, но они побеждают в любом случае, что бы мы ни делали.
— В следующий раз вы нанесете им гораздо больший урон. Капитан Норкросс позаботится об этом, — сказал генерал Зиммер, прежде чем отбыть с остальными экспедиционными силами.
Норкросс на прощание обнял свою сестру Эмбер, а потом строй солдат отправился вглубь материка по дороге, идущей вдоль реки. Оливер и Перетта возглавили отряд и ехали вдвоем на одной лошади, потому что скакунов на всех не хватало.
Хотя плавание из Серримунди было легким, десять лошадей пали в трюме. Таких животных не следовало долго держать под палубой. Оливеру было жаль бедных лошадей, но он знал, что остальные столкнутся с еще более плохими условиями, если они отправятся на настоящую войну…
Погрузившись в свои мысли, Оливер вздрогнул. Они ехали верхом вдоль реки с сотней бодрых солдат, которые считались лучшими бойцами д'харианской армии.
Перетта, сидевшая в седле перед ним, обернулась:
— Что с тобой? Я почувствовала, как ты дрожишь.
— Я просто подумал о войне. — Он понял, что тесно прижимается к девушке, с которой они ютились в одном седле. Перетта была худой и костлявой, и Оливер чувствовал, как ее позвоночник прижимается к его груди, но почему-то он находил это приятным.
— Почему ты подумал о войне? — Ее темные локоны шевелились на ветру, который шелестел над широкой рекой.
— Из-за этих солдат и лошадей.
— Тогда ты наверняка не слушал, что сказали нам аббатиса и генерал. Войны закончились, Имперский Орден потерпел поражение. Лорд Рал открыл всему миру путь к спокойствию и процветанию, а мы — часть этого. Никки сама так сказала. Это хорошие новости.
— Зачем тогда нужны солдаты? — спросил он. — Зачем Д'Харе такая большая армия?
— Да затем, чтобы обеспечивать мир. — Она насупилась и снова стала смотреть вперед. — Ты слишком много беспокоишься.
Лошади шли парами по широкой речной дороге. За несколько дней отряд покрыл большое расстояние, перешел предгорья, а затем спустился в долину, где обнаружились остатки имперских дорог.
