Это — маленькая поверхность человеческой жизни;
Он — это, но, к тому же, он — вся вселенная;
Он взбирается к Незримому, его глубины смеют мерить Пучину;
Весь мистический мир заперт внутри.
Неизвестный себе самому он живет, спрятанный царь,
За богатыми гобеленами в великих секретных палатах;
Эпикуреец невидимых радостей духа;
Он живет в меде одиночества сладком:
В неприступном храме бог безымянный,
В тайной сокровищнице своей глубочайшей души
Существа мистерии скрытые он охраняет
Под порогом, за воротами темными,
Или скрывает в широких погребах сна несознательного.
Безупречное Божество Всечудесное
В чистоту его души бросает серебряную
Свое великолепие, величие, свет
Самосозидания в бесконечности Времени,
Словно в отражающее возвышенно зеркало.
Человек в жизни мира исполняет грезы Бога.
Но все здесь есть, даже противоположности Бога;
Человек — фронт трудов Природы маленький,
Мыслящий контур загадочной Силы.
Она раскрывает в нем все, что есть в ней,
Ее слава гуляет в нем и ее тьма.
Дом человеческой жизни не одних богов вмещает:
Там есть оккультные Тени, там есть темные Силы,
Обитатели жизни нижних комнат зловещих,
Огромные жители тенистого мира.
Беззаботный страж сил природы своей,
Человек, укрывает в своем доме опасные силы.
Титан, Фурия, Джинн
Лежат связанные в подсознания пещеристой яме,
И Зверь в своей норе пресмыкается:
Страшное бормотание встает и ворчание в их дреме.
Мятежник иногда поднимает свою огромную голову,
Чудовищная мистерия, в глубинах жизни таящаяся,
Мистерия тьмы и падших миров,
Страшные лица врагов-Королей.
Ужасные силы его глубины внутри подчинили,
Стали его господами или министрами;
Громадные, они вторгаются в дом его тела,
Они могут в его действиях действовать, кишеть в его мысли и жизни.
Ад в человеческий воздух врастает
И всего извращающим дыханием касается.
Серые силы словно миазмы тонкие стелются,
Просачиваясь сквозь щели закрытых дверей его особняка,
Пачкая стены верхнего разума,
В котором он своей справедливой и благовидной жизнью живет,
И за собой оставляют греха и смерти зловоние:
Не только поднимают в нем извращенные течения мысли
И бесформенные влияния страшные,
Но туда приходят присутствия, силуэты ужасные:
Огромные формы и лица поднимаются по туманным ступеням
И временами в его жилые комнаты всматриваются
Или, вызванные для страстной работы момента,
Ложатся требованием ужасных привычек на его сердце:
Пробужденные ото сна, они могут быть не связаны больше.
Беспокоя дневной свет и ночь тревожа,
По желанию вторгаясь в его обитель наружную,
Вызывающие трепет страшные жители полного мрака,
Поднимаясь в свет Бога, весь свет приводят в смятение.
Все, чего коснулись, увидели, они делают собственным,
Таятся в подвалах Природы, разума наполняют проходы,
Рвут звенья мыслей, размышлений последовательность,
Врываются сквозь тишину души с шумом и криком
Или обитателей пучины зовут,
К запретным радостям приглашают инстинкты,
Будят хохот страшного, демонического веселья,
И низкий разгул и пир сотрясают пол жизни.
Не в силах справиться со своими ужасными пленниками,
Изумленный хозяин дома сидит беспомощно свыше,
У него отобранный дом — не его больше.
Он связан и принуждаем, жертва игры,
Или, загнанный, радуется в безумии и шуме могучем.
Его природы опасные силы восстали
И бунтарский праздник по своей воле устроили.
Поднятые изо тьмы, где они пресмыкались в глубинах,
Удаленные от зрения в тюрьму, они могут быть не сдержаны больше;
Его природы импульсы — теперь его господа.
Когда-то подавленные или носящие благовидные имена и наряды,
Адские элементы, демонические силы здесь есть.
Людская нижняя природа прячет этих ужасных гостей.
Их распространяющаяся инфекция мир человека порой поражает.
Душу человека побеждает ужасный мятеж.
Из дома в дом огромное восстание ширится:
Компании ада высвобождаются, чтобы свою делать работу,
В земные дороги изо всех дверей вырываются,
Вторгаются с жаждой крови и с желанием убить
И наполняют ужасом, и вырезают светлый мир Бога.
Смерть и ее охотники подкрадываются к жертве-земле;
Ужасный Ангел в каждую дверь ударяет:
Жуткий хохот боль мира высмеивает,
Избиения и пытки скалятся Небу:
Все есть добыча разрушительной силы;
Творение раскачивается, дрожит верх и основа.
Эта злая Природа поселилась в сердцах человеческих,
Иностранный житель, опасный гость:
Душу, что ему предоставляет убежище, он может вытеснить,
Выгнать хозяина, овладеть его домом.
Враждебная сила, противоречащая Богу,
Сиюминутного Зла всемогущество,
Захватила прямой путь действий Природы.
Она Божество имитирует, которого она отрицает,
Берет его форму, присваивает лик.
Манихейский творец и разрушитель,
Она может отменить человека, его мир аннулировать.
Но здесь есть и охраняющая сила, Руки спасающие,
На человеческую сцену смотрят спокойные глаза божества.
Все возможности мира ждут в человеке,
Как дерево в семени ждет:
Его прошлое живет в нем; оно управляет его будущего шагом;
Его нынешние действия формируют его грядущий удел.
Нерожденные боги спрятаны в его доме Жизни.
Демоны неведения его ум омрачают,
В живые формы мысли свои грезы бросая,
Формы, в которых его ум строит свой мир.
