– Мы говорили… – начала я неуверенно. – Не думаю, в общем.
– Я же все равно добьюсь своего, – вдруг усмехнулась она, но как-то по-доброму. – Вон как Стерегов вокруг тебя вьется. Уверена, будет с ложечки кормить…
– Очень смешно, – не оценила я заботы.
– В палату отвезите, – поднялась Катя, берясь за планшет с анализами. – Сейчас все распишу.
Я откинулась на каталку, укладывая ладони на живот. Внутренности еще отзывались неприятными схватками, но болело уже не так сильно.
Стерегов нарисовался сразу, как только меня выкатили из операционной. Начал добиваться ответов у сопровождения, но его послали к лечащему врачу, и он исчез. А меня благополучно доставили в палату. Не такую, какой была наша квартира с Тахиром. Тут все серьезно. Капельницы уже ждали моего появления. Меня попросили переодеться в пижаму, устроили на кровати и поставили катетер. А это значило – я тут надолго.
– Готов? – без приветствия ворвался в комнату ведьмак.
Я как раз натягивал футболку, машинально отмечая, что даже рад его визиту.
Потому что ночь вышла тяжелой. Голос Марины до сих пор звучал в голове. Он будто слился с шелестом дождя, который так и не стихал с тех пор, как я оказался в этой квартире. Снова.
Да, она ошиблась. Ей плохо, одиноко, страшно. А я все сидел на балконе, гипнотизируя дождь и промокая до нитки, оставив между собой и срывом наше с Мариной прошлое, через которое придется прорваться, прежде чем потерять голову и найти след…
Я запретил себе входить обратно в комнату, пока не успокою нервы.
Эмоции – плохой советчик. Мы это уже выяснили. Холодный трезвый расчет – единственное, что сейчас в приоритете. А там, может, и прояснится, чего я хочу после… Если даже от голоса ее меня так отбрасывает в стенку на долгую ночь, то что же будет, когда она окажется в досягаемости?
– Как там Марина? – потребовал я.
– Так же, – пожал плечами Довлатыч. – Рисует, гуляет по территории… Стерегов все меньше проводит с ней, уезжает рано, приезжает поздно.
– Ладно. Я просмотрел записи того момента, как к Стерегову понеслась охрана. Аптечка, инъекции… Его при этом не особо видно, но что-то с оборотом. Ноги явно заросли шерстью, пока меры начали действовать.
– Именно, – кивнул он мне на двери. Совещание в лифте уже входило в традицию. – Что-то с оборотом.
– Знаешь, что именно?
– Такого я не видел.
– А что видел?
– Когда увидел это видео, обратился в наш институт на исследовательскую кафедру. Не секрет, что наши инициировали исследования для изучения природы оборотней.
– Ты меня если считаешь за идиота, то делай это не так открыто, – нахмурился я.
– Зря ты. В наших интересах снизить накал обстановки. Оборотные – первые кандидаты на обнаружение людьми из-за специфики природы. Конечно, в наших интересах помочь вам контролировать эти процессы…
– А вместе с ними и нас, – усмехнулся я, выходя на первом этаже.
Здесь я спасал Марину от обезумевшего оборотня. Бросив мрачный взгляд на ведьмака, обернувшегося на меня, я вдруг явственно представил себе, как теперь уже он стреляет мне в затылок. Надо лучше стараться не дать ему повода.
– Недоверчивый ты, Тахир Муратович, – проворчал он.
– Зато верный признак, что мозги я нигде не оставил в своих приключениях, да?
– Пожалуй.
Мы вышли из здания и сразу попали под дождь. С ночи не виделись, а я уже был рад новой встрече. Тем более намочить машину ведьмака своими шмотками оказалось приятно.
– Ты как-то особенно впитываешь влагу? – заметил он недовольно, глядя, как с меня капает вода на кожаное сиденье.
– Мне нужно в квартиру, – дернул я ремень так, что чуть не выдрал. – Что у тебя тут хлипкое все такое?
– Я бы не хотел пока пускать тебя в квартиру, – дождался он, пока я перестану биться с ремнем и посмотрю на него. – Расследование о происшедшем с тобой еще идет.
– И кто его ведет? – ехидно усмехнулся.
– Я, – многозначительно вздернул он бровь.
– О, как? И что ты узнал?
– Я знаю, что ты знаешь, что в тебя стреляла Катя.
– А она и правда стреляла?
– Да.
– То есть ты мой должник.
– Пожалуй, да. Я бы хотел попросить тебя не пускать ее карьеру под откос. Она питает к тебе искренние чувства…
– Не буду я, – отвернулся в окно. – Но мне нужно в квартиру, Артур. Там что-то осталось важное… Где моя мобилка?
– Вещдок. Но ты его раскрошил.
В это я мог поверить. Но данные с него регулярно уходили в хранилище в системе. Или я найду сейчас и хранилище опустошенным? Наверное, не удивлюсь. Все это не нравилось. Но я решил пока притихнуть и не дергать Довлатычу нервы.
До Института Высших мы доехали в тишине. Но потом начались бесконечные пропускные пункты, отпечатки пальцев, фото на память, сканер сетчатки…
– И как этот ваш шпион выносит отсюда препараты для Стерегова? – натурально удивился я, когда все досмотры закончились. У меня разве что размер лапы не попросили показать! И то, видимо, потому что Довлатыч рядом. Ему было достаточно просто картой чиркать по пропускному устройству. – Или ты мне мстишь за скабрезность?
