Только сил на это ушло очень много. Тахир оставил мне ровно доковылять до ванной, поесть и, может быть, сползать на улицу.
Теперь он пытливо поглядывал на меня, завернутую в плед у камина, готовя завтрак.
– Какие планы? – поинтересовалась я, когда мы уселись за стол.
– Помочь Камилю елку разобрать на мои дрова, – улыбался он. – Хочешь, мы в какой-то комнате сделаем тебе мастерскую?
– Да, – улыбнулась я, обалдев. Не успела даже подумать, а уже кусала губы от смущения. Он что… обязан? Не хотелось бы, чтобы Тахир чувствовал себя виноватым. Поэтому я поспешила добавить: – Но только если это тебе не помешает. Ты же планировал тут…
Я запнулась под его вспыхнувшим недобрым огнем взглядом. Он медленно вздохнул, будто успокаиваясь, и осторожно, словно для душевно больной, заметил:
– Ты теперь часть меня, – хмурился он. – Ты не можешь мне мешать. Я слишком долго тебя ждал.
– Мне кажется, со мной у тебя одни неприятности, – усмехнулась я и тут же втянула голову в плечи.
Тахир гневно раздул ноздри, сжав зубы, но сказал спокойно:
– Займись сегодня выбором комнаты. Тебе виднее по свету, размеру. А потом посмотри варианты дизайна. У меня есть знакомый в этой области, можно его пригласить. Или самим съездить. Что скажешь?
– А мы правда можем теперь просто… жить? И приглашать кого-то?
– Можем, – улыбнулся Тахир, но следом напряженно вздохнул.
И я понимала почему. Он ждал рассказа обо мне и Стерегове.
– Я не хочу рассказывать.
– Это мы уже проходили.
Я прикрыла глаза и покачала головой:
– Тахир, ничего особенного не было. Мы с ним бесконечно цапались, он зверел…
Тахир напрягся, сурово глянув на меня из-под бровей:
– Подожди. Он… зверел при тебе?
– Я в него тапками кидалась, – пожала я плечами. – А он вдруг… сорвался.
Тахир так стиснул зубы, что его черты заострились до неузнаваемости. И я поспешила добавить:
– Тахир, там было много охранников. Я даже понять ничего не успела, как они набежали и скрутили Стерегова. Ну вот зачем я тебе это все рассказываю?!
– Я хочу знать, – мрачно заключил он. – Что еще?
– Я не знаю, что еще. Рисовать меня посадил. Обещал, что даст тебе позвонить, если я смогу нарисовать так, как он требовал. – Я подтянула колени к груди, стараясь сжаться в комок. Мне не хотелось этим делиться. Но я попробовала. – Не знаю, как тебе объяснить… Но он на самом деле не чудовище. Вернее, он монстр – да, но… он не сам по себе такой. Его веды такими сделали…
Теперь взгляд Тахира загорелся непониманием. Или… удивлением? Но он не перебивал и не давал подсказки, готов ли слушать такое.
– …Когда мы сутками торчали в больничной палате, само собой получилось разговориться… И он рассказал, как рос у ведов в лаборатории, как умирали другие дети от опытов… и как он вырвался и убил многих. – Я сделала паузу, облизав пересохшие губы. – Я не могу его судить. Да, он убийца. Но я не могу против него что-то говорить. Больше не могу. – Тахир молчал, застыв взглядом, и я разнервничалась вконец. – Тахир, я жду твоего ребенка, и мне несложно представить, что любой малыш может оказаться на его месте.
– Наш не окажется на его месте, – глухо возразил Тахир.
Я видела, что он не готов был это услышать. Или наоборот… Нет, мне определенно надоело гадать.
– Ты молчишь, – требовательно напомнила я.
– Я и раньше думал, что Стерегов наверняка побывал в лапах ведовского института. – Тахир, наконец, вздохнул и откинулся на спинку дивана. – Ты подтвердила это.
– И что ты думаешь?
Расслабиться все не выходило. Я боялась, что Тахир снова услышал что-то свое, и наше спокойствие разлетится в пыль.
– Что это его не оправдывает. Но здесь и правда сложно все. Иди ко мне.
Я только сейчас заметила, что разговор о Михаиле разогнал нас по разным углам дивана. Пришлось вернуться к Тахиру. Я обняла его и уткнулась в висок:
– Стерегов продолжает нас оттаскивать друг от друга, – прошептала.
– Все нормально, – прижал он меня к себе. – Мне очень важно, чтобы ты поделилась этим. Я не буду тебя принуждать к показаниям. Ты все решишь сама.
– Сама я решаю плохо.
– Я надеюсь, ты учтешь неудачный опыт, – погладил он меня по волосам.
Нет, мы не были свободны. Тахир не отказался от идеи засадить Стерегова. С одной стороны, понятно, что Михаил может быть постоянной угрозой. Но он же сам позвонил Тахиру, сам попросил меня забрать… Нет. Он больше не станет нам угрожать. А я не встану у него на пути и не дам показания. Такой враг мне не нужен. Как бы еще до Тахира это донести?
– Слушай, а все то, что ты мне покупал для рисования…
– Оно так и стоит в нашей комнате в корпусе.
Уверена, обоих сейчас ударило откатом воспоминаний.
– Забрать можно? Не опасно?
– Можно. Не опасно. Пошли дом посмотрим? Или ты уже…
– Нет, – мотнула я головой, поднимаясь. – Пошли…
