Юноша вновь сбегал за оставленными дровами, приволок еще несколько обломков живо раскуроченной мебели, и вскоре прямо на чугунной поверхности плиты горел костерок, а на нем стояла большая чугунная сковородка. Поднимающийся вокруг высоких бортов дым уходил под колпак, а оттуда, пусть и слишком медленно, вытягивался куда-то вверх. При здравом размышлении, даже если магия замка опять запустит обильный дождь, то на него можно плевать и вообще забыть, сидя прямо на плите на невысоком стуле и помешивая жарящееся мясо. «Колпак – это маленькая крыша, прекрасно предохраняющая от любой жизненной бури». Именно так философски рассуждал посланник мира Кабаний, от души насыщаясь мясом и хихикая над одураченной магией. Даже отсутствие соли и специй его не слишком смущало.
«Для первого угощения и так здорово. Хотя оно и понятно: специи, соль и все остальное просто обязаны быть на кухне. Особенно меня манит то самое “остальное”. – Он еще раз обежал взглядом многочисленные шкафы до самого потолка. – Допустим, вон те и вон те – это жарочные шкафы для выпечки хлеба, булочек и пирожных. Да и стоят они несколько отдельно от всего остального. Значит, бывают сильно горячими. Но вот все другие шкафы в любом случае что-то в себе содержат. А что можно держать на кухне, кроме еды? Свечи в другом помещении, полотенца, фартуки, рукавицы и обувь с поварской одеждой наверняка там же. Ну разве что здесь еще будет второй комплект этих сказочных наборов ножей. Ну, поварешек еще небольшая куча. Ну, противни там какие, кастрюли и сковородки. Но хоть какой окорок должен заваляться? Хм, да нет, окорок все равно бы давно сгнил или пересох, слишком давно здесь никто не живет. А вот крупы, каши, а то и обычные макароны просто обязаны были храниться! Опять-таки, если этой кухней хоть когда-нибудь пользовались. Может, этот замок как построили, так и забросили? Все установили, надраили, начистили и… забыли к нему дорогу? Да не бывает такого».
После такого чрезмерного объедания так и хотелось заснуть над догорающим костерком, не вставая с неудобного стула. Но именно неудобная поза и подвигла посланника на дальнейшее обследование кухни. Тем более что при такой иллюминации заниматься поиском сокровищ было одно удовольствие.
Кряхтя и постанывая, он спустился с плиты на пол, с трудом приседая на свои еще больше припухшие ноги. От неожиданности слова стали вырываться вслух:
– Да что же это с вами творится? Может, воды вскипятить да еще раз хорошо эти царапины промыть? Точно! Только вначале надо отыскать чистые одежды или полотенца. Может, хоть что-то сохранилось. Но вначале – шкафы и местные комоды!
Свою бамбуковую палку он все равно снимать с руки не стал, зато вооружился отличным топориком, обух которого был приспособлен для отбивания мяса, и тем самым ножом с широким лезвием, которым разделывал поросенка. А в дальнейшем ко всем ножам с широченным лезвием крепко приклеилось название «тесак».
Первый шкаф открылся легко, там вообще не было запоров. Но и ничего ценного, если судить с точки зрения пропитания: огромное количество кастрюль с невиданными стеклянными крошками. Металл тоже казался особенным – хоть и похожим на сталь, но без единого пятнышка ржавчины. Сокровище? Несомненно! Только продав эти кастрюли, в Кабаньем можно взамен купить поместье не меньшее, чем сейчас принадлежит по праву наследнику рода Тарсонов.
Второй шкаф тоже разочаровал: некое подобие кастрюль разных размеров, но странно закрытых наглухо сверху своими крышками. Правда, разочарование сразу сменилось восторгом, только лишь первая кастрюля оказалась в руках: она была чем-то наполнена! Причем явно жидким: при наклоне кастрюли внутри нечто булькало и переливалось. Вдобавок удалось рассмотреть продавленные прямо на корпусе кастрюли длинные надписи разным по размеру шрифтом. Причем на других банках даже с первого взгляда было заметно: надписи разнятся.
«Неужели вода? Но какой смысл хранить ее в подобных, совершенно герметичных емкостях? Да еще и подписывать по-разному? Значит, там, скорее всего, то ли приправы, то ли нечто съестное! Например, мед! Хотя… Нет, мед намного тяжелей. Ну а что еще можно хранить в подобных кастрюлях так долго? Ведь любая иная пища в любом случае загниет и испортится уже через пару дней. А тут… И как эту хитрую кастрюлю надо открывать?»
Водрузив находку на ближайший разделочный стол, Хотрис попытался острием топора поддеть плотно закатанную крышку. И сразу сообразил, что, в общем-то, толщина стенок везде одинакова и довольно тонкая. Так что легко можно и прорубить. О собственном вандализме и порче имущества он уже не задумывался, поэтому без сомнений замахнулся топориком.
После появления дырки в крышке оттуда выступила черная, неприятная на вид вода, вызывая в душе новую волну разочарования. Наверняка содержимое сгнило и испортилось! Но потом юноша принюхался и удивленно хмыкнул. Пахло какими-то соленьями, и довольно вкусно. Конечно, не огурцы соленые и не помидоры, но что-то в этом роде.
