Сколько ни составляли сочинители и авторы прежних историй всякого рода книг и беспорядочных рассказов касательно различных эпох, все же читатели не вынесли из этого действительной пользы. Так же [обстоит дело] и с погодной историей, которую изложил покойный Ибн ал-Асир[1460]. Последний хотя и приложил много старания, однако [в его труде] рассказ о каждом [отдельном] государе не поставлен в связь [с другими] и обстоятельства его [жизни] не становятся известными должным образом в [определенной] последовательности и порядке. Это мнение установилось у читающих внимательно эту книгу. На основании вышеизложенного автору этой летописи показалось необходимым приписать, вслед за каждым определенным [периодом в] несколько лет, для которого напишется история Чингиз-хана, летописи других окрестных государей, которые были его современниками, дабы [разные] обстоятельства государей, бывших современниками один другому, стали бы известными [в их] совокупности. Так как целью составления этой книги и собирания этих рассказов является благословенная Газанова история, [то] это упомянутое правило не соблюдалось в предыдущих летописях отдаленной эпохи, да, кроме того, [соблюдение сего] затянуло бы [и само] изложение. Согласно этому упомянутому методу напишется летопись Чингиз-хана и его детей и события, случившиеся в их время, начиная от рождения Чингиз-хана до конца его жизни [и] после него до настоящего времени, [отдельно] для каждого периода в несколько лет, который представляется уместным и надлежащим. [Что же касается] до летописи других государей, которые существовали в ту эпоху и тот век, то то, что было [о них] известно и признано за достоверное и что явится необходимым для последовательности [изложения], будет приведено в виде приложения к сему, вплоть да этой августейшей эпохи и благословенного времени, дабы читатель был бы осведомлен об обстоятельствах всех [в совокупности]. Этот принцип соблюден в таком виде и в том порядке, которые утверждаются [последующим изложением истории], Аллах же является дарующим поддержку!
В это время его отец Есугэй-бахадур был в живых. В последний год [этого промежутка времени], тринадцатый, Есугэй-бахадур скончался и Чингиз-хан лишился его в тринадцатилетнем [возрасте]. Так как во времена Чингиз-хана и его отца астрологи не умели определять времени путем астрологических наблюдений, а летописцы не занесли дня и месяца [этого, то] час и день его [Чингиз-хана] рождения достоверно не известны. Однако для всех монгольских царевичей, эмиров и вельмож [а’йан] известно, ведомо и достигло границы всеобщей гласности, что продолжительность его жизни была 72 года, а на 73 году [жизни] он скончался. Заслуживающие доверия астрологи записали дату его кончины, так как [она] была пределом величия и совершенства его царствования. Они передают, что он скончался в год кака, который есть год свиньи, в середине осеннего месяца [мах-и паиз], по истечении пятнадцати дней [этого] месяца. Несмотря на то, что этот [год] является 73 годом, [считая] от года его рождения, однако, вероятно, его рождение произошло в середине года. Согласно этому предположению продолжительность его жизни была бы полностью 72 года. Так как до 41 года часть его жизни приходится на детские годы, а часть прошла в жизненных волнениях и летописцы не знают сами событий этого [времени] погодно, а написали летопись этих сорока одного года вкратце, рассказывают [же] подробно год за годом только конец эпохи его жизни, — то и мы будем писать [эту часть], придерживаясь такого же способа [изложения]. Поскольку этот метод установлен [нами], мы теперь изложим историю Чингиз-хана по предложенному методу за 13 лет, начиная от его рождения до кончины его отца.
