В принципе, против обычного села, пусть и огороженного тыном, и даже после потери приспособления для разламывания тына, задумка могла и удаться — несмотря на затрапезный вид и бедность экипировки, нападающие были профессионалами и сумели бы сломить сопротивление селян. Но Ратное-то было воинским поселением! Даже без помощи погостных ратников и Младшей стражи Корней своими неполными шестью десятками сумел бы отбиться — особого численного превосходства у ляхов не было. Отряд их был заметно меньше сотни — человек семьдесят или около того. Короче говоря, ляхи нарвались — село оказалось совсем не таким, как они ожидали.
И все бы ладно, но отроки, позабыв про дисциплину, по-дурному подставлялись под выстрелы ляшских лучников.
— Урядники!!! Убью, суки!!! — заорал Мишка и, стряхнув с плеча руку Арсения, пригибаясь, побежал по помосту, нанося удары прикладом самострела в окольчуженные спины и железные затылки.
— Забыли, чему учились?!! Уряд… — перед лицом свистнула стрела. Мишка присел и огляделся. Прямо перед ним, согнувшись, перезаряжал самострел младший урядник Никон. Ухватив парня за шиворот, Мишка ударил его шлемом о бревна тына, сам чуть не слетел с помоста от ответного удара локтем, двинул Никона головой в бревна еще раз и, развернув на себя, заорал в лицо:
— Говнюк!!! Где твоя пятерка?!! Как себя под стрелами вести надо?!!
— А? — Никон явно "не врубался" в ситуацию.
— Слушай мою команду! — начал подсказывать Мишка, надеясь, что знакомые обороты речи настроят младшего урядника на нужный лад. — Укрыться! По лучникам, поочередно, отрок… — Мишка оглянулся, вспоминая имя ближайшего стрелка.
— Отрок Симеон! — подхватил Никон. — Встать, бей! Отрок Гавриил! Готов? Встать, бей. Головы ниже, обалдуи! Без команды не вылезать!
Мишка двинулся дальше и почти сразу наткнулся на командира десятка урядника Ксенофонта. Тот склонился над одним из своих подчиненных, прижимающим к животу пробитую стрелой руку. Получив кулаком по шлему, суматошно оглянулся, начал выпрямляться, и тут же ляшская стрела рванула его за бармицу так, что Мишке пришлось удерживать урядника от падения с помоста.
— Ксюха, урррод, забыл про десяток?!! — прорычал Мишка. — Гляди, как Никон командует!!!
— А? Да, я сейчас… десяток, укрыться! По лучникам, на четверть влево, расстояние семьдесят пять, младшим урядникам командовать поименно!!!
Где-то впереди тоже раздалась команда:
— Отрок Павел! Встать, бей! Отрок Илья, встать, бей!
Мишка начал приподниматься над краем тына и сразу же по шлему звонко ударил наконечник стрелы, пришлось схватиться за заостренную верхушку бревна, чтобы не упасть. Внезапно верхушка соседнего бревна с хрустом расселась, и из трещины выглянул наконечник арбалетного бота.
Чуть левее того места, где был Мишка, среди лучников обнаружился здоровенный детина, который как раз натягивал тетиву арбалета (тоже здоровенного, вдвое длиннее, чем у отроков Младшей стражи). Полуприсев и нагнувшись, он зацепил тетиву крючком, соединенным ремнем с поясом, и начал выпрямляться, взводя арбалет. Окончательно выпрямиться ему не дал Мишкин болт, легко пробивший кожаную куртку с расстояния шагов в шестьдесят.
Внезапно свист стрел над тыном прекратился, Мишка выглянул наружу и понял, что лучников опасаться больше не надо. Опричники и разведчики, засевшие на опушке леса слева от главных ворот Ратного, все-таки наладили под командой Стерва нормальную стрельбу. Болты летели из кустов практически непрерывно, а вот у Демьяна с командованием не ладилось — то густо, то пусто. Однако отроки в пятьдесят самострелов конных ляхов все же перебили — в седлах осталось всего трое. После этого парни Стерва ударили в спину лучникам, и те повалились, как кегли, успев ответить только тремя или четырьмя выстрелами по кустам.
— Встать!!! — заорал Мишка. — По десяткам!!! Справа и слева по одному!..
— Бей! — хором подхватили урядники.
