— Жаль, что в последнее время от меня не было особого толку. Я с головой ушел в работу. Мы потеряли одного из крупных поставщиков и столкнулись с определенными препятствиями в сооружении нового склада в Брэттлборо.
— Все нормально, мы справляемся. Послушай, Джордж, я хочу попросить об одной услуге.
— Давай.
— Я надеялась, что ты съездишь вместе со мной в полицейский участок.
— В участок?
— Думаю, я знаю, кто такой Нептун. У меня есть доказательства, но боюсь, они мне не поверят. Особенно этот молодой сыщик, Эдвард Леви. Мне нужна любая помощь, какую я могу получить. Мой друг Лен едет сюда из Вермонта, но я не хочу больше ждать.
Глаза Джорджа казались огромными.
— Ты знаешь, кто такой Нептун?
Реджи кивнула.
— Что тебе известно о Стю Бэрре?
— Об этом детективе?
— Он ухаживал за моей мамой в школе… и потом, — сказала она.
— Да, я помню, — сказал Джордж. — Она встречалась и с его братом Бо. Насколько я помню, там все немного запуталось.
— Я думаю, что Стю Бэрр может быть Нептуном, — сказала Реджи.
— Что? — Он подался вперед и наклонился к Реджи так близко, как это было возможно через стол.
Она запустила руку в свою курьерскую сумку и достала полицейское досье Веры и записку от Тары, адресованную Стю.
— Он был мужчиной в бейсболке «Янкис», который разговаривал с ней в баре в тот вечер. По его словам, он допрашивал ее и предполагал, что она сама может оказаться Нептуном.
Джордж покачал головой.
— Это нелепо.
— Что если Стю был тем самым человеком, который обещал жениться на ней? Что если он заманивал этих женщин любыми извращенными способами, какие только можно придумать?
Джордж откинулся назад и прикрыл лицо руками.
— Бог ты мой, — сказал он. — Только представьте! Он находился в идеальном положении, чтобы совершить эти преступления и выйти сухим из воды. Он возглавлял расследование! Никто не понимал, как можно оставлять руки на крыльце полицейского участка и не попасться с поличным. Но все видели, как Стю Бэрр заходит туда и выходит обратно.
Реджи кивнула.
— Мне нужно обратиться в полицию и показать им записку от Тары. Но я беспокоилась, ведь все копы хорошо знают Стю. Они будут горой стоять за него, может быть, даже откажутся рассматривать улики.
— Я поеду с тобой, — сказал Джордж. — Понадобится немало убеждения, но сегодня последний день, Редж. Если он действует по той же схеме, то сегодня ночью он убьет ее, а утром выставит напоказ ее тело.
Реджи закрыла глаза и попыталась отогнать образ Тары, — обнаженной, лежащей на каком-нибудь поле, покрытом утренней росой, с перевязанным обрубком запястья.
— Я знаю. Спасибо, что согласился поехать со мной. Что бы ни случилось, вместе нам будет легче.
— Это не проблема. — Джордж встал.
— Подожди, — сказала Реджи. — Перед уходом я хотела задать еще один вопрос.
— Хорошо. — Джордж опустился в кресло. Он выглядел немного встревоженным.
— Вы с моей матерью когда-то были вместе, правда? До того, как ты увлекся Лорен.
— Реджи, — вздохнул он. — Мы уже обсуждали все это, правда? И я сказал тебе…
— Ты сказал то, что счел нужным. В детстве и ранней юности ты изо всех сил старался защитить меня от правды. Вы с Лорен создали целый вымышленный мир, скрывая, кем была моя мать и куда она отправлялась, когда ее не было дома. Думаю, ты и теперь кое-что скрываешь от меня.
— Например?
— Ты мой отец, Джордж?
Он резко отвернулся, словно получил пощечину. Секунду спустя он овладел собой и повернулся к Реджи, но только смотрел на нее.
— Пожалуйста, Джордж. Не надо больше тайн.
Он устало кивнул.
— Она никогда не хотела, чтобы ты знала об этом. Твоя мать говорила, что я могу сколько угодно принимать участие в твоей жизни как друг семьи, но не должен говорить тебе правду. Полагаю, она думала, что для тебя будет лучше представлять разных людей, которые годились бы тебе в отцы, чем столкнуться с потрясением, получив отца в моем лице.
Реджи закусила губу, вспоминая то, что Вера говорила о Джордже: она называла его неудачником и насмехалась над его утками.
— Лорен знает?
— Нет… Ну, может быть. Думаю, она догадывается, но она никогда не спрашивала. Ей известно о моем романе с твоей матерью, вот такие дела. — Он посмотрел на свои ботинки.
Запутанный клубок тайн, в котором они все существовали до сих пор, стал настоящим шоком для Реджи. Оставалось лишь гадать, что делать дальше. Ей казалось, будто она попала в бездарный телефильм из тех, какие показывают в дневное время: дочь узнает, что человек, который был значимой фигурой в ее жизни, на самом деле является ее отцом. Реджи едва ли не слышала слащавую музыку, подводящую к кульминационному моменту. Здесь она должна была сказать нечто трогательное, исполненное глубокого смысла, нечто такое, что должно закончиться слезливыми объятиями.
Ее разум отключился; все вращалось слишком быстро, и было невозможно ухватиться за любую мысль или идею, чтобы произнести ее вслух.
Джордж нерешительно улыбнулся и встал.
— Нам лучше поторопиться. Я только возьму пальто и выключу свет. Буду через минуту.
