— Примерно час пути. Фабрика закрыта уже целую вечность. Я бы не прочь присоединиться к тебе, но сегодня утром это невозможно. Двое ребят на складе сказались больными, и мне приходится оставаться здесь. Но ты обязательно съезди туда. Место легко найти: ты просто едешь по шоссе номер четыре всю дорогу до Льюисбурга и видишь здания в самом центре. — Она дала Элен краткие инструкции и продолжила: — Вчера вечером я немного поискала в интернете. На фабрике «Донован и сыновья» производили брезент и плотную холщовую ткань; у них был крупный военный контракт. В тысяча девятьсот сорок третьем году там случился ужасный пожар, погибли десять женщин и прораб. Фабрика закрылась сразу после пожара и пустовала десятилетиями, но, похоже, сейчас здание хотят превратить в многоквартирный жилой дом.
— Я съезжу туда и дам тебе знать о моих находках, — пообещала Элен. Она дала отбой и выглянула в окно посмотреть, не вернулся ли Нат. Он ушел рано утром, прихватив свой бинокль, фотоаппарат и записную книжку. Теперь Нат либо наблюдал за птицами, либо искал белую олениху.
Элен не могла сказать ему, что она собирается посетить старую фабрику по совету духа мертвой женщины, с которой она разговаривала через спиритическую доску. Тогда Нат организует жене встречу с ближайшим психиатром, будет говорить о стрессе, галлюцинациях и дурном влиянии Рили. Элен ощутила слабый укол вины. Она впервые солгала Нату, вернее, умолчала о правде.
Но, в принципе, это было к лучшему.
Поездка оказалась приятной и заняла меньше времени, чем ожидала Элен. По пути из города она миновала универмаг Фергюсона и пиццерию, а на окраине увидела место, где они с Натом еще не бывали, — «Дом копченостей дядюшки Фреда», на рекламной вывеске которого была изображена улыбающаяся свинья с блюдом копченого бекона, что показалось Элен немного противоестественным.
Она проезжала леса, зеленые поля со стадами черно-белых коров голштинской породы, живописные деревушки с садовыми беседками и белыми церквями. Все было красивым, как на открытке: никаких рекламных плакатов, супермаркетов, борделей и восьмиполосных автострад, к которым она привыкла в Коннектикуте. Элен думала об отце и о его неизбывном желании построить домик в лесу, где можно слышать собственные мысли. Он бы полюбил все это, особенно леса и поля, где воздух был свежим и чистым. Это было все равно что вернуться в прошлое. Элен подумала, что местный пейзаж мало изменился после смерти Хетти. Теперь появились асфальтовые дороги и высоковольтные линии, но горы, холмы и поля остались такими же. Проезжала ли Хетти в эту сторону, может быть, на стареньком «форде-т» или на поезде по заброшенной ныне железной дороге, которую Элен то и дело замечала рядом с шоссе?
Через сорок пять минут она увидела вывеску, приглашавшую в Льюисбург, «родной город чемпионов штата “Льюисбург Лайонс”». Она без труда отыскала старую фабрику: комплекс кирпичных зданий на берегу реки. Там находилась всевозможная строительная техника: бульдозер, подъемный кран, грузовики с пиломатериалами и группа фургонов электрической компании. Элен остановилась у плаката с рекламой квартир разной площади и аренды офисных помещений.
— Ну хорошо, Хетти, — пробормотала она, разглядывая ближайшее кирпичное здание. — Что я здесь делаю?
Элен пошла по тропе к одному из зданий с вывеской на парадной двери: «Строительная зона. Вход только для служебного персонала».
— Заявки принимаются в офисе, — произнес голос у нее за спиной.
— Что? — Элен повернулась и увидела высокого, сухощавого мужчину в белой строительной каске. Он был одет в чистые брюки хаки с голубой рубашкой и держал в руке планшет с зажимом для бумаги. Судя по всему, прораб или менеджер.
— Мы устроили офис в том синем фургоне, — пояснил он и указал пальцем. — Там вы можете взять рекламный буклет, ознакомиться с информацией и подать заявку на приобретение квартиры или офисного помещения.
— Вообще-то я надеялась оглядеться вокруг, — сказала Элен. — Я интересуюсь местной историей, и, насколько мне известно, фабрика когда-то играла важную роль в жизни города.
Мужчина кивнул:
— Да, так и было, во всяком случае, до пожара. Полагаю, вы можете прогуляться вокруг, только держитесь подальше от строительных работ, хорошо? Там может быть опасно.
Он повернулся, собираясь уйти.
— Они выяснили, что стало причиной пожара? — спросила Элен.
— Не уверен, что кого-то это заботило, — ответил он. — Наибольший ущерб был на северной стороне.
— Где это?
— Пойдемте, я покажу вам, — предложил он. — Я все равно туда направлялся.
Она последовала за ним по дорожке в правую сторону. Слева маячило внушительное здание фабрики. Оно было по-своему красивым: три этажа, высокие окна и колокольня над парадным входом. На крыше работали люди, и Элен слышала стук и жужжание электроинструментов внутри. За этими звуками проступало тихое журчание текущей воды. Мужчина в белой каске шел быстро и говорил на ходу:
