Другой, пожарный-доброволец, которого Элен раньше видела в универмаге, сказал:
— Здесь опасно оставаться. Только не сейчас, когда призрак Хетти бродит по болоту.
Элен отвернулась. Она знала, что призрак Хетти не бродит по болоту.
Она знала, где находится дух Хетти Брекенридж.
В новом доме, вместе с остальными. Она ждала Элен.
Олив стояла возле старого фундамента дома Хетти. Теперь она редко приходила на болото, слишком тяжело было думать о маме и о том, что с ней случилось.
Но тем не менее болото оставалось с ней. Оно наполняло ее сны и незримо присутствовало в ее мыслях.
Особенно после того, как Дикки Барнс посетил Олив на прошлой неделе. Он принес ей записку от тети Рили, теперь надежно запертой в женской исправительной колонии в Барлингтоне.
— Твоя тетя попросила меня передать это, — сказал он.
— Отец говорит, что я не должна поддерживать никаких контактов с ней, — сказала Олив. — Наш адвокат говорит то же самое.
— Не стреляйте в гонца, — сказал Дикки, передавая ей сложенный листок бумаги, и развернулся уходить. Потом остановился и посмотрел на нее. — Знаешь, я понятия не имел об этом. И никто из нас не знал. Мы думали, что Лори сбежала с мужчиной, как говорила Рили.
Олив слышала все это в суде. Она слышала, как Рили без ведома Дикки взяла его револьвер. И о том, как Рили показывала мамин дневник членам спиритического кружка в надежде на то, что он приведет их к сокровищу. Но потом, когда Олив пришла к Дикки и стала задавать вопросы, тот ударился в панику и попросил Рили вернуть дневник на прежнее место. Именно тогда она сделала последнюю запись, наводившую подозрение на отца Олив.
Теперь Дикки смотрел на свои остроносые сапоги.
— Мне очень жаль, Олив, — сказал он. — Твоя мать была особенной женщиной. У нее было много талантов, но, полагаю, мне не нужно рассказывать тебе об этом.
Олив смотрела, как он уходит. Он сгорбил плечи и казался сейчас гораздо ниже. И в его кожаной кобуре ручной работы больше не было револьвера. Того самого револьвера, который забрала Рили и убила ее мать.
Олив прочитала записку Рили.
Теперь Олив стояла возле старого фундамента, глядя на болото. Вокруг сновали птицы и стрекозы. Розовые венерины башмачки цвели в этом году так обильно, как будто Хетти водила хороводы на болоте.
На другой стороне болота Олив видела тропу, ведущую к дому Элен и Ната. Наверное, сейчас Элен возилась в саду, а Нат отправился на работу в природоохранную организацию. На прошлой неделе, когда они пригласили на обед Олив с отцом и даже Майка, Элен показала свою новую татуировку: изящный бледно-розовый венерин башмачок на предплечье. Ее дань уважения Хетти.
Майку очень понравилась татуировка. А Элен и Нату понравился Майк.
—
— Где ты прятала этого парня? — поинтересовался Нат.
Майк тут же принялся развивать тему о природной маскировке, которая привела к долгой дискуссии с Натом о разных видах камуфляжа у животных и растений с такими терминами, как «расчленяющая окраска», «фоновое соответствие», «защитная расцветка» и «мимикрия».
