— Короч… Или ты мне сейчас десять тонн отсыпаешь… Или отдаешь товар, который ты Ольге Олеговне должен… Вот бумаги… Или Вовчик тебе обрезание сделает… Правда, Вовчик? — тот в очередной раз погрустил пару секунд. — Да не ссы ты… Тебя как зовут?
— Александр.
— Не ссы Санек… На крайняк петь пойдешь… Как Джельсомино Лорети, бгага… — говоривший оборвал смех и насупился, — Короч, быстро метнулся за товаром, понял?
И Саня метнулся, а посол доброй воли, заскучав, принялся развлекаться светскими беседами.
— Ты кто, бль?
— Прохожий, — вежливо ответствовал я.
— Башли есть, прохожий? — осведомился визитер.
— Иди в жопу.
Ну зачем я ему так ответил, а? Уверен, всему виной правильное сбраживание сусла на мезге в винных погребах «Массандры». Кто там изобрел таблетки храбрости? Немцы? Выбросьте свой первитин, смесь Мурведра и Мерло — вот идеальное сочетание..
— А ты что такой резкий, а? — мне прилетело и я ухнул в грязь, — Возиться чета неохота с тобой… Слыхал Вовчик, какие тут мамуки бурые?
— Бль-мль, — лаконично прокомментировал Вовчик случившееся.
Дальнейшие расспросы прервал Саня, явившийся с банкой наполненной слегка желтоватой жидкостью.
— Вот это дело, да. — обрадовался вежливый дипломат, — Метнись-ка, Саня, еще за двумя тоннами. Мы-то ехали, время на тебя тратили. А твой приятель, мне надерзил. Быро, бл!.. А, бл… Подожди… Телефон есть тут? Пошли…
Сунув Вовчику товар, он, вслед за Сашкой, удалился в сторожку. Телефон разрывался, наш новый знакомый по инерции поднял трубку и тут же одернул ее, как одергивает человек, обманувшись в мягкой щекотке и прихлопнувший на себе осу. Из трубы грохотала Пятая Бетховена.
— Земля?… Дас ист еркхальт, — вопрошал Юрка на фоне эпических раскатов, — Поеду в Пицунду летом, там замечательно цветут лилии в саду… Суперфосфат… Суперфосфатыч… Человек? Ты там, человек?
— Это кто? — гость недоуменно глянул на Саню.
— Знакомый один, — произнес Сашка и закусил нижнюю губу.
— Дуроки, бль, — заключил собеседник и, сбросив вызов, набрал номер — Алло, Ольга Олеговна? Добрый день… Ага… Все забрал… Да, буду к вечеру… На Пятницкую? Хорошо…
Сдернув с Сашки две тысячи, визитеры направились к машине. Я, зажимая кровь, сочившуюся из рассеченной брови, выдохнул. Визит произвел на меня тягостное и неприятное впечатление.
— Эй, слизень, — мой давешний собеседник неожиданно остановился, — А че это за хрень, а?
— Струя носухи, — пояснил я, глядя на него исподлобья.
— А зачем она?
— Потенцию улучшать, — это первое, что пришло мне в голову, — слизистую смазываешь, чтоб наверняка… что бы сразу в кровь попала. И все. Семь раз не вынимая….
Слушающий откупорил синюю капроновую крышечку и, обмакнув палец в банку, обильно смазал десны.
— Улучшу на всякий случай, — загукал он, — Прощевайте, пацаны. Геге…
В печке постреливал уголь, я лечился от дневных потрясений. Вино как-то не лезло в горло. Было слышно как за стеной скулил Бобик. Сашка, устроившись за столом, читал талмуд Суходольского.
— Слушай, скажи «СЫЫЫР»! — неожиданно встрял он. — Тут написано, что нужно беззвучно произносить «сыр», что бы собеседник был предрасположен к тебе. Это внушает уверенность в себе и помогает в сложных переговорах. Скажи «Сыыыр»! Надо проверить…
— Сань, скажи честно, ты, где эту приблуду достал? — я отхлебнул немного вина.
— Какую? — его сообразительности я иногда завидовал.
— В банке которую.
— А. То Бобик помог. Скажи «СЫЫЫР»!
— Что, все три литра?
— Ну, я тоже добавил. Вода опять же. Ну, скажи «СЫЫЫР»!
— СЫЫЫР! — закричал я и засмеялся, мне неожиданно стало легко. Луна танцевала для меня. Спертый угольный воздух, приправленный Сашкиными кедами, обратился в нектар. Мир был справедлив и светел. И гуманен по-своему. Я вопил, — СЫЫЫР, Саня! СЫЫЫР!
Через месяц Саню выгнали, он подсадил Горкомунхоз на семьсот рублей звонков в Фергану. Я вернулся на завод. И однажды в столовой ко мне подсел Валерка с техотдела.
— Привет, тут такая тема! — блестя глазками начал он — Про струю носухи слышал?
— Нет, — ответил я, еле сдерживаясь.
— Тут человечек один есть, ты его не знаешь, Суходольский. У него три литра есть. Тут подняться знаешь как можно? Отличное средство. Мужики за любые деньги купят.
Я кивнул ему и прикрыл глаза.
дата публикации:21.04.2022
Флай роуд, семнадцать, в шести кварталах от океана. По улицам, как вода на сахаре, медленно расползается темнота, в жирном чреве которой копошатся аборигены. Их смутные силуэты попадают в пятна света зажегшихся фонарей. Делаю круг почета по району, замечая на углу пару скучающих дилеров, для клиентуры еще слишком рано. Но пройдет полчаса, и к ним выстроится очередь за нирваной. Они лениво обсуждают вечернюю торговлю, когда я медленно проезжаю мимо, Аля беспокойно возится в голове.
«Когда мы вырастем, у нас все-все будет, да?»
«Обязательно домик и двое детей»