Конечно, не в кедах дело ─ смешно. То награждение было массовым, повальным, много было сереньких литературных генералов. Награждали не за конкретные произведения, а скопом ─ за общественную деятельность, за трудовые заслуги перед страной и т.д.
Богомолову перезвонили. Ответил прямо:
─ Я человек не общественный, трудовых заслуг не имею. Орден завис. Богомолову предлагали привезти награду домой. «Нет!» ─ отвечал уже раздраженно.
Вполне допускаю: если бы привезли, мог бы не открыть дверь.
Единственный раз поступил как все. Жил он тогда неподалеку от Белорусского вокзала, крохотная комнатка, кухня ─ 5 метров. Последний этаж, что-то вроде антресолей. Друзья, коллеги брали его за горло: «Ну напиши ты Промыслову заявление на квартиру». Промыслов ─ председатель Мосгорисполкома, личность всемогущественная. «Ну, напиши, он от твоего романа в восторге».
Промыслов прочитал заявление Богомолова и был сражен:
─ И это он такой роман в однокомнатной квартире написал?..
Владимир Осипович получил квартиру, в прихожей которой можно было устраивать мотогонки.
Богомолов никогда бы не смог жить, как он жил, и работать так, как работал, если бы у него не было надежного тыла и флангов. И тыл, и фланги ─ жена, Раиса Александровна. Она у него ─ вторая, и он у нее ─ второй.
Познакомились в компании, потом перезванивались, не встречаясь, год. Спустя год ─ случайно ─ она прочитала в журнале похвальную рецензию на творчество писателя Владимира Богомолова.
─ Это ты? ─ спросила она.
─ Да ну-у, в стране двести тысяч Богомоловых.
─ Но тут Владимир.
─ Из них сто тысяч Владимиров.
С тех пор, как они сошлись, прошло 30 лет.
Прекрасная хозяйка, человек с таким же независимым и твердым характером. И что важно ─ врач. Ведь тогда, после тюрьмы, капитана Богомолова комиссовали и дали пожизненно I группу инвалидности. Уже перестали платить за фронтовые ордена, и инвалидная прибавка оказалась очень кстати. Как он сам считал, это помогло ему выжить.
─ «Иван» ─ не кормилец. Роман ─ да, кормилец.
А все равно деньги нерегулярные. Раиса Александровна работала с утра до вечера, не знаю, на сколько ставок ─ полторы, две. А он:
─ Я хочу вернуть деньги в «Юность».
Называл сумму.
─ Ты как?
─ Проживем, ─ отвечала она.
Сглаживала, как могла, отношения мужа с окружающим миром. Замечательный писатель, тоже классик, тоже фронтовик, пригласил Богомолова в театр на премьеру своего спектакля. Владимир Осипович ни разу в жизни не надел галстука, не носил костюмов. Натянул спортивные эластичные брюки: «Пошли». Поздно вечером автор позвонил узнать мнение Богомолова. Трубку сняла Раиса Александровна. «Владимир Осипович не спит? Я, прежде чем с ним говорить, выпил рюмку коньяка».
─ Володя, ─ сказала она, передавая трубку, ─ я тебя очень прошу, ты уж помягче с ним. У человека премьера, праздник.
─ Хорошо, ─ ответил он, взял трубку и первое, что сказал: «Ну, ты чего, как лакей, вышел на сцену раскланиваться?»
Богомолов очень дружил с писателем Сергеем Сергеевичем Смирновым, автором знаменитой книги «Брестская крепость». Когда-то перестали отмечать 9 мая как День Победы ─ обычный рядовой день. Участники войны перестали надевать ордена: стеснялись. Это Сергей Смирнов вернул праздник на свое законное место, а победителям ─ достоинство.
Сергей Сергеевич стал покашливать и пожаловался Раисе Александровне на слабость. Еще не было никаких анализов, но она сказала мужу: «У него, кажется, рак».
Раиса Александровна заведовала отделением в больнице МПС. Там и сделали рентген. В легких черным-черно.
К ней пришли дети Сергея Сергеевича Андрей и Костя, и она сказала им правду.
─ Сколько папа проживет?
─ Максимум три месяца.
Андрей Смирнов ─ режиссер фильма «Белорусский вокзал», Константин Смирнов ─ автор и ведущий популярной телепередачи «Большие родители».
Сергей Сергеевич лежал в больнице у Раисы Александровны. Последние четыре дня без сознания. Сыновья и жена не отходили от него.
За несколько минут до смерти вдруг включился мозг, больной увидел Раису Александровну и успел сказал три слова: «Спасибо вам за все».
Она позвонила домой, и Владимир Осипович примчался на такси.
Можно сказать, писатель закрыл глаза писателю.
После ее разговора с детьми он прожил три месяца и один день.
После смерти Владимира Осиповича Андрей и Костя не отходили от Раисы Александровны. Взяли на себя все хлопоты по организации похорон.
Можно сказать, уже они закрыли глаза Богомолову.
Странный человек. Конечно, странный. Не фотографировался ─ не терпел. Единственный фронтовой снимок ─ репродукция с групповой фотографии: шесть офицеров по какому-то поводу решили сняться.
