Сборник работ. Двухтысячные полностью

— Его убил мой сын — последней очередью. Когда сопротивление десантников было сломлено, на высоту прибыл Идрис с большой охраной — человек пятнадцать. Он был одет в гражданское, на голове чалма. Все наши были мертвы. Вдруг раздалась автоматная очередь, Идрис и два охранника были убиты. Пленные боевики показали потом направление автоматной очереди. Солдаты прошли в этом направлении. В расщелине, куда они спустились, был обнаружен мой мертвый сын, он лежал головой к вершине, и впереди него, метрах в 5—7, — убитые боевики.

— Одна центральная газета написала: «Потом бандиты, захватив высоту, сложат пирамиду из мертвых тел, усадят на вершину командира, повесят ему на шею наушники от разбитой рации и всадят ему, уже неживому, еще одну пулю — в затылок».

— Никакой пирамиды не было. Там же был мой второй сын. Люди были разбросаны по всей высоте там, где застала смерть.

Отдельно — о подвиге майора Александра Доставалова. Заместитель комбата Марка Евтюхина. Еще в первую чеченскую войну он был награжден орденом Мужества. Когда-то, с 1994-го по 1999-й, именно он командовал 6-й ротой. На этот раз он с 4-й ротой находился в стороне от событий — на другой высоте, которую перед этим захватил, окопался, и со взводом лейтенанта Ермакова находился в полной безопасности. У него был приказ: «Высоту не оставлять!».

Когда комбат Евтюхин понял, что прочно зажат, он сообщил своему заместителю: «Помоги». Одного слова оказалось достаточно, чтобы Доставалов вопреки приказу свыше рванул со взводом — 15 человек — на высоту 776. Помните, разведчики — 40 человек — отступили перед высотой, в бой не ввязались? Помните беспомощную авиацию? Доставалов со взводом ночью прошел по тылам боевиков, всех миновал и без единой потери пробился к своим.

О-о, какой был момент счастья! Обреченные люди решили, что наконец начинает поступать подкрепление, что это только первая партия, их не забыли, не бросили!

Может быть, жизнь их была продлена минут на пятнадцать. Взвод Доставалова погиб полностью. Сам он и комбат Евтюхин погибли одними из последних.

Конечно, все они на высоте 776 проявили героизм. Но одни оказались в безвыходном положении, другие выбрали гибель добровольно. Заместитель комбата со своим маленьким взводом — герои вдвойне.

И опять вопрос. Трое из шестнадцати прибывших награждены посмертно Золотой Звездой. Сам Александр Доставалов — это понятно. За ним гвардии лейтенант Олег Ермаков и гвардии сержант Дмитрий Григорьев. А остальные 13 человек — удостоены ордена Мужества. Из всех гвардии рядовых — ни одного Героя. Кто определял степень героизма и мужества, если весь взвод погиб в одном бою?

И всю 6-ю погибшую роту поделили посмертно на Героев и орденоносцев. Кто делил и как?

Они лежали там, где застала их смерть, все — равны.

У некоторых были отрезаны головы. У всех офицеров переломаны руки, ноги, изувечены до неузнаваемости лица. Месть за сопротивление.

Многие родители погибших жаловались, что в гробах окошечки были закрашены. Так делают, когда тело не опознано. Опознавали по документам, по жетонам.

Всего истинных, по рождению, псковичей было 30. По просьбе родных 22 из них захоронили на Псковщине. Их тела, первые, были доставлены на самолете. Остальных на поездах — в Санкт-Петербург, Севастополь, в Ленинрадскую, Брянскую, Вологодскую, Челябинскую, Тамбовскую, Свердловскую, Смоленскую, Иркутскую, Орловскую, Астраханскую, Кировскую, Ярославскую, Липецкую, Нижегородскую, Пермскую, Новгородскую, Воронежскую, Тверскую, Волгоградскую, Оренбургскую области, в Алтайский край, Татарстан, Башкорстан, Карелию, Республику Коми.

Гробы плыли по всей России.

Похоронили каждого с почестями, достойно.

О шестерых спасшихся.