Но вернемся к фантазиям Хазина. Михаил Леонидович уверен, что в случае победы «изоляциониста» Трампа над «финансисткой» Клинтон, Путин обретет некую свободу маневра и избавится, наконец, от своего друга-врага Медведева. Оставим покуда эту сладкую парочку, Путин-Медведев, и обратимся к ситуации в Соединенных Штатах. Собственно в оценке внешних обстоятельств я с Михаилом Леонидовичем не спорю. Да, среди американской политической элиты, а по сути тех, кого Пелевин именует «халдеями», наметился раскол: две группировки предлагают разные способы выхода из кризиса. Но окончательное решение все равно будет принято консолидировано, и его мотивацию нам с Михаилом Леонидовичем никто не сообщит. Можно из сугубо общих соображений порассуждать: кто же таки формально окажется у власти. В период кризиса на такой должности скорей приемлема фигура компромиссная. Обама – без сомнения персонаж компромиссный и до конца еще неоцененный. Попробуем вычленить в американском обществе некоторые этно-социальные группы, являющиеся по сути маргинальными, но оказывающие на окружающую действительность существенное влияние. Таковых мне видится три: выходцы из Латинской Америки или «латинос», американские негры и евреи. Первых сразу отставим в строну ввиду их явно приниженного состояния. Если бы это было не так, то латинос в первую голову навели бы элементарный порядок в собственных странах, где есть все: человеческие и природные ресурсы, обширные территории, полезные ископаемые. Вместо этого они невероятно загадили все у себя дома и двинулись в Соединенные Штаты видимо с теми же намерениями. С точки зрения двух оставшихся групп, Трамп – фигура никак не компромиссная, а Хилари – скорее компромиссная. Конечно, у выходцев из Африки имеются претензии к потомкам европейцев-протестантов, но гораздо меньшие, чем к арабам, евреям и католикам. С такими поверхностными соображениями трудно что-либо предугадать. Ну, победит Трамп! И что? Он не будет ни о чем трактовать ни с Медведевым, ни с Титовым, ни с Глазьевым. Во-первых, брезгливо, во-вторых, ни к чему. С Путиным он общаться будет и переиграет в течение пяти минут, ибо превосходит на две головы. В случае победы Клинтон, все, кажется, остаются при своем, но вот одна беда: с точки зрения Хилари и Улюкаев – русский интеллигент. Ну, придумают что-нибудь, небритого Дворковича что ли в женское платье обрядят, если у него конечно борода растет.
Теперь по поводу торжественного всхода солнышка нашего. Хазин, по сути, утверждает, что Путин, придя во власть в качестве своеобразного кризисного менеджера, за годы правления изменился качественно. Ныне к нему применима формула: «добрый царь, а бояре злые». То есть он является царем, а Медведев, Дворкович, Улюкаев, Набиулина – злыми боярами. Они постоянно и нарочито издеваются над бедным Владимиром Владимировичем, игнорируют его указы, корче, посылают куда подалее. Вах, бедный Путин! Но это только до времени. Вот станет Трамп американским президентом, воспрянет путин и расточит врагов России без остатка.
В старом научно-фантастическом рассказе некий изобретатель придумал электронную модель государства. Президента в этой модели символизировала неоновая лампочка. Причем эта лампочка только горела на вершине металлического ящика и замыкала электрическую цепь. Имелся в виду президент США, но не суть. Собственно в данном случае лампочка – не такая уж маловажная деталь. Без нее цепь окажется разомкнутой. Но чего уж точно лампочка не может, так это меняться качественно. Она либо горит, либо ее выдернули. Путин видимым образом находится на вершине паразитической пирамиды. И эта пирамида в настоящий момент функционирует предельно четко, каждый винтик в ней на своем месте. Малейшее отклонение от схемы может привести к необратимым последствиям. Никто в составе пирамиды в таком исходе не заинтересован, и Путин – в первую очередь. С правительством Владимир Владимирович не враждует, а работает в связке и очень слаженно. Вот озвучили некоторые члены правительства необходимость повышения пенсионного возраста, и вся Россия застыла помертвев. С одной стороны, все прекрасно понимают, что реформа сия неизбежна. Но, с другой стороны, а вдруг как отец нации да упасет. Тут даже не в надежде дело: пока население в ступоре стынет, так и время какое-никакое пройдет. А там еще что-нибудь придумают.
