Что ко мне я понимала слабо. Когда мы сменили направления я не заметила, как и сам путь. Мы просто останавливались, когда поцелуи становились слишком страстные и мешали двигаться. Вердж с рыком отстранялся и опять шел, мои руки гуляли по его плечам, рукам и спине насколько я могла достать. Мои губы гуляли по его шее, ключицам, подбородке. Я целовала и покусывала. А когда ловила его губы страсть опять накрывала, и мы опять останавливались. Никогда не думала, что столь короткий путь к моему домику может быть таким долгим и приятным. До постели мы добирались непозволительно долго, томительно долго. Подумать только, моя первая близость в этом теле, в этом мире…
Я проснулась от поцелуев, нежных, ласковых и обещающих слишком многое чтобы спать. Открыла глаза. Я лежала на животе обняв и подмяв под себя подушку. Надо мной нависал мужчина и его губы в сладких поцелуях изводили и без того измученное ночью тело.
– Ты моя. – рыча говорил мой мужчина между поцелуев. – вся. Без остатка.
Он заметил, что я проснулась. Перевернул меня на спину.
– Мне нравиться с тобой спать. Ты всю ночь обнимаешь. Мурчишь словно кошка, в ответ на поцелуи и поглаживания. А еще… ты невероятная. Почему ты активный маг, это же была твоя первая близость? – Он растянулся рядом на кровати, словно сытый кот после сметаны. По-хозяйски обнял и придвинул меня к своему боку. – Со мной.
И так он это сказал, словно кот получил всю сметану в доме с пожизненным обеспечением. Было приятно и странно и обидно и стыдно… Словом эмоции рождались и сменялись так быстро, что ничего кроме хриплого «прости» в голову ничего не пришло.
– Прости? – рыча прервал мой поток эмоций Вердж. – Тебе было больно! У тебя же кровь! А ты извиняешься? Да я же был… слишком … не сдержан. А когда почувствовал было поздно. Это ты меня прости.
Начал говорить он со злостью, потом с замешательством и закончил с хрипцой и заботой в голосе. К концу своей тирады он уже изогнулся надо мной и целовал живот, терся не бритой щекой щекоча и возбуждая.
– Я тебя подлечил. – Поцелуй- Там завтрак сгорел. – И поцелуй сменился легким укусом. – Прости. – Он потерся щекой спускаясь совсем ниже живота. – А можно мы продолжим… э-э-э-э… – И сказано это было так, словно ребенок конфетку просит. – Ты как себя чувствуешь?
Я ничего не отвечала, просто улыбнулась и закусила нижнею губу в предвкушении этого самого продолжения. И этот мужчина меня правильно понял.
Что и говорить, работу шеф и его зам проспали вместе и далеко не в объятьях Морфея. Спали усердно, страстно и до самого вечера. А вечером на пороге был обнаружен ужин на двоих. Сразу после того, как злой шеф оторвался от меня и выскочил на порог на настырный стук завернутый в мое одеяло на голое тело. За ужином шеф с пристрастием допросил меня про активацию моей магии и довольный, что тот самый, уже упомянутый, сытый кот, закинул меня на плечо и унес в купальню. Потом в гостиную. Потом мы все же добрались и до спальни.
Утром я проснулась счастливой женщиной на груди у своего мужчины. Он обнимал меня со спины одной рукой, а второй держал мою ногу, которую я по-хозяйски закинула на него. Как же не хочется вставать. Я поцеловала его широкую грудь, на которой так сладко спится. И тихонько, чтобы не разбудить, вылезла из его объятий. Сегодня завтрак с меня. Внизу меня ждал сюрприз. Дети в полном составе, даже «моя Сера», были у меня. Сера заплетала косы Нике. Лис готовила завтрак. Мальчишки накрывали на стол. А тут я, в рубашке их отца на голое тело. Нет, размер моего мужчины позволял мне уютно использовать его рубашку прикрыв самое важное, но… Тихо было и до того, как я спустилась или я от счастья ничего не замечала. Но сейчас я рассматривала эту картину и слышала лишь шкворчание яичницы и все. Дети счастливо расплылись в улыбках в ответ на мою. И я ничего не говоря ушла в купальню. Вернулась быстро, даже успела помочь с завтраком. И уже собралась идти будить своего мужчину.
– Хильда, дорогая, как же вкусно пахнет! – Отозвался на мои мысли о нем этот самый мужчина. – Наверное завтраками в нашем доме будешь заниматься ты. Мои обычно мои все горят. – Что-то упало, разбилось и Вердж ругнулся. – Хотя знаешь, я еще не насытился тобой, завтрак можно отложить.
Шеф буквально спрыгнул со второго этажа в чем мать родила. Девчонки завизжали и отвернулись, мальчишки потупились глазами в пол. Шеф окинул строгим взглядом всех и все. Дети, я в банном мягком халате и накрытый стол. Поймал мой взгляд и растянулся в улыбке. Подмигнул мне. И гордо распрямившись отправился в купальню. На ходу поясняя, что он их, в смысле своих детей, тоже голыми видел. И не только. Еще и мыл, пеленал, одевал. И вообще, не маленькие уже, от куда дети берутся знают. А через пару минут позвал меня из купели с предложением мне лично объяснить процесс.
– Папа! – Укоризненно и возмущено верещали девчонки. А я была счастлива.
