Вжавшись спиной в стеллаж, я пыталась слиться с предметами интерьера. И если бы у меня имелась возможность телепортироваться, я б с радостью ею воспользовалась. Глаза блондинки метали гром и молнии, и она в целом походила на фурию, чем пугала меня, да, кажется, и Влада. Молодая, холенная, в модном костюме, явно купленным за сумму равную нескольким зарплатам обычного бюджетника, она смотрела свысока на таких, как я и Майя Валерьевна. Блондинка фыркнула, бросила мимолетный взгляд в мою сторону и снова принялась рассматривать Громова. Тот похоже чувствовал себя сейчас не в своей тарелке, оттого переминался с ноги на ногу, и в конечном итоге сел за письменный стол.
Делая воробьиные шажки, я попыталась покинуть кабинет, благополучно двигаясь в направлении двери. Майя искоса поглядывала на меня и качала головой, видимо, подобные сцены разворачивались не в первый раз и секретарша обучена приемам военной тактики.
– Так вот, почему меня сюда не пускали?! – скривилась блондинка, фыркнув. Майя закатила глаза, скрестив руки на груди, но с места не сдвинулась, так и продолжила стоять рядом со столом босса, как цепной пес.
– Я был занят, – сухо ответил Влад, начиная перебирать пачку документов.
– Уже заметила, – взвизгнула она, вздернув свой острый нос. – Занят он, значит, был. Конечно, можно поинтересоваться чем?
– А то ты не видишь, Олеся?! – влезла в диалог Майя, игнорируя правила хорошего тона. Буквально на мгновение мне почудилось, что бывшая секретарша Влада, вообще, держится наравне с блондинкой. Не боится ее, не считает своим долгом соблюдать субординацию, да просто верит, что имеет право быть третейским судьей.
Я переводила взгляд с Громова на блондинку и силилась понять, почему Влад не выкинет ее прочь за шкирку. В принципе догадки имелись по этому поводу, к гадалке ходить необязательно, чтобы понять – этих двоих связывает не только постель. По тому взгляду, что бросала Олеся на Громова, можно было предположить, что девушка знает моего соседа вдоль и поперек, ее собственнические замашки и тон, с которым она обращалась к нему. Там не было заискивания, ласки, только требовательность, равноправие с нотками холода.
– Выйди, – рявкнула Олеся, и взмахнула рукой, показывая, куда следует деться Майе.
Я б, например, с удовольствием выполнила бы приказ блондинки и покинула стены кабинета, но ко мне никто не обращался с подобной просьбой. Лишь Влад мельком бросал взгляды в мою сторону, и все что я могла прочитать в его глазах – это сожаление, что он так опростоволосился.
– Да за счастье, – хмыкнула Майя, дернув щекой, – лишь бы не слышать твоих воплей, даже уши заболели.
– А ты, чего пялишься? – вспомнила некстати обо мне Олеся, поворачивая голову на шорох за спиной.
– Я уже ухожу, – попыталась нацепить улыбку, желая в душе им всем провалиться куда подальше.
– Надеюсь, уходишь из фирмы? – не переставала плеваться ядом блондинка, теперь уже срываясь на всех.
– У меня есть непосредственный начальник, так что, – развела я руками, продолжая бесить девушку, – как он скажет, так и будет.
– Как он скажет, – передразнила она, писклявым голоском, – а если босс потребует сделать ему минет в обеденный перерыв, тоже не откажешь?
В первые секунды мне хотелось развернуться и хлопнуть дверью, хотя нет… в первые секунды мне хотелось запустить в эту гадину чем-нибудь тяжелым, а уж потом хлопнуть дверью. Но, сделав глубокий вдох, я посоветовала себе не обращать внимания, ну хочется Олесе падать в глазах окружающих ниже нулевой отметки, да, пожалуйста. Поэтому взяв себя в руки и одарив Громова самым наглым взглядом, я приблизилась к блондинке и сквозь зубы прошипела:
– Если данный пункт прописан в моем трудовом договоре, то придется, – произнесла я четко, ровно и с расстановкой, подмигнув Владу.
Тот прыснул в кулак и подмигнул в ответ, что ж, кажется, парню удалось выйти сухим из воды, хотя… Скорее всего, Громову предстоит еще долго объясняться перед этой заносчивой дамочкой, смещая акценты и стараясь ничем себя не выдать. Только мне казалось, что все у нас написано на лицах, и странное обстоятельство: Олеся не задалась вопросом, что случилось с физиономией Влада, не поинтересовалась почему мужчина в кресле начальника солидной фирмы разукрашен похлеще боксера на ринге.
Размышляя над поведением девушки, я покинула кабинет, ощущая, что уши мои горят от стыда, к тому же Влад продолжал бросать на меня кроткие взгляды, но они обжигали сильнее, чем пламя свечи.
– Вот же принесла Олеську нелегкая, – пробурчала Майя, практически дыша мне в затылок.
Я присела на край стола и обхватила виски руками, протяжно выдыхая. Непростой денек, и как теперь быть…Наверное, стоило чувствовать себя скотиной, проявить женскую солидарность, сдав с потрохами Влада, но мне наоборот хотелось занять его сторону, понимая, что пергидрольная блондинка еще та акула.
– Олеся… – эхом повторила я, расправляя складки на юбке.
